Руна зрения вспыхнула. Я повернула направо и увидела высокую фигуру Игендорна, идущую ко мне среди деревьев. Но это был не Игендорн, каким я его видела, нагой и расслабленный во сне. Он был в доспехе охотника, на голове был шлем с большими рогами. Он нес лук на плече, лук был таким большим, что смертные не могли бы из него стрелять.
Он заметил меня, когда я увидела его. Его правая рука потянулась за спину, вытащила стрелу из колчана. Он поднял лук, вложил стрелу и прицелился.
Я метнула руну биторис.
Она пронеслась среди деревьев и ударила его по лицу. Игендорн издал вопль, его стрела улетела в сторону. Она вонзилась в дерево справа от меня, куски коры отлетели от силы удара. Я не ждала, пока он вложит вторую стрелу.
Я сжала руну ватрис и побежала по лесу быстрее мысли. В реальности мое сердце колотилось от ужаса. Я могла лишь надеяться, что Игендорн спал крепко, не понимал, что ему снилось. Иначе он мог проснуться и напасть на мое физическое тело.
Но атаки не было. Я сосредоточилась, заклинание несло меня все глубже в лес. Я вдруг увидела вспышку серебра. Я резко повернулась туда. Участок леса, испорченный носрайтом, еще стоял, измученный. Пройдет много лет, и эта часть сна заживет, а, может, нет. Вряд ли Игендорн захочет туда ходить.
Я прошла среди мертвых кривых деревьев, остановилась. Моя руна ватрис дико мигала, но держалась. Если повезёт, я смогу использовать ее еще раз на короткий рывок, и она сломается.
Мне нужно было найти ребенка.
Я глупо думала, что мальчик и взрослый Игендорн могли одновременно ходить по этому лесу? Возможно. Но вряд ли. Сны не были скованы временем. В одном сне могло быть много версий одной личности. Ребенок не пропадал полностью. Даже когда физическое тело взрослело, душа ребенка жила вместе с взрослым.
И ребенок мог ощутить благодарность, когда взрослый — нет.
Я направила вперед руну нардуал, послала ее среди серебряных деревьев, искала. Я поспешила за руной, добралась до дальней части пострадавшего участка, вошла в золотой лес. Там я замерла, искала признак Охотника. Было тихо и неподвижно.
А потом моя руна вспыхнула.
Я повернулась и увидела маленькую тень, юркнувшую за золотые деревья.
— Постой! — закричала я. — Прошу, подожди! Ты не помнишь меня?
Я на миг испугалось, что не вышло. Ответа не было, и тишина леса давила вокруг меня, тяжелая и отчаянная. Может, это была плохая идея. Может, стоило…
Личико выглянуло из-за дерева. Краснокожее, с золотыми глазами и диким гнездом зеленых волос.
— Вот и ты! — выдохнула я с облегчением и улыбнулась. — Я думала, ты забыл меня.
— Я никогда не забываю, — ответил ребенок. Это обнадеживал. Мне нужна была его память.
— Ты… помнишь демона? — сказала я. Ребенок вздрогнул и стал прятаться за деревом, но я быстро добавила. — Помнишь, что я с ним сделала?
Он помедлил, его яркие глаза все еще было видно, он моргал.
— Ты поймала демона, — медленно сказал он. — Ты спасла меня. Спасла мой лес.
— Верно, — я осторожно шагнула к нему, протянула руку. — А теперь мне нужна твоя помощь. Мне нужно кое-что найти. Тут, в твоем лесу.
Он моргнул, посмотрел с опаской на мою протянутую руку.
— Что?
— Конец, — я сделала шаг, медленно и четко, тихо опустила ногу. — Мне нужно найти конец леса. Ты можешь отвести меня туда?
Он задумался. А потом, к моему удивлению и облегчению, он вышел из-за дерева, все еще глядя на мою ладонь.
— Это далеко. Я давно там не был.
— Но ты знаешь, где это?
Он медленно кивнул.
— И ты можешь меня отвести?
Он кивнул. Я ждала. Он мог попытаться предложить сделку. Я не знала, осознавал ли себя в реальности, о планах и играх взрослого Игендорна. Я рискнула всем в надежде, что он вспомнит только то, что видел в лесу, а не в реальности.
Он перевел взгляд с моей ладони на мое лицо.
— Ты спасла меня от демона, — сказал он, поймал мою ладонь длинными пальцами. Даже ребенком он был силен! Так силен, что мог легко сломать мне руку. Я подавила желание отпрянуть. — Идем, — сказал он. — Я отведу тебя туда, куда ты хочешь пойти.
И он зашагал так быстро, что я чуть не упала на лицо. Я смогла вернуть равновесие, заставить ноги двигаться, поспешила за ним, притянув за собой руны. По пути я поддерживала нардуал активной, выглядывала Охотника.
Было тихо. Мы шли под высокими мерцающими деревьями. Теплая красота успокаивала мои нервы, и я снова жалела, что осмелилась задержаться тут, заглянуть глубже во сны этого существа. Да, Игендорн был жестоким… но другие грани его, возможно, стоило узнать. Этот ребенок тоже был Игендорном. И хоть он мог быть тоже опасным и жестоким, он был еще и странно милым, доверчивым. Какие еще версии этого мужчины можно было найти, если осмелиться поискать? Если я стану его невестой, смогу выяснить…
Я поежилась, потрясенная тем, как просто эта мысль проникла. Игендорн даже сейчас очаровывал меня, пытался сбить меня с цели? Возможно. Но это было не важно. Я не поддамся искушению, не стану думать о таком даже на миг. Иначе я пойду по тропе, откуда не сбежать.
И Келлам нуждался во мне.
Нардуал вспыхнул, послав предупреждение в мой разум. Я вздрогнула и обернулась.
