Эл сник. Словно я не сказала вполне логичное умозаключение, о том, что нас будут искать, и как именно, а зачитала ему обвинительный приговор, пообещав максимально жестокую казнь. И даже время назначила.
Зато мои слова заставили парня задуматься о том, что моя помощь ему еще понадобится. Хотя бы на тот промежуток времени, пока он будет прятаться от преследователей и приходить в себя после ранения. — Ты права, мне нужно где-то спрятаться. Я прошу прощения за доставленные неудобства. Я бывал в человеческом обществе достаточно часто, но всеми приготовлениями занимался не я, и сокрытие личины делал тоже не я. Ты права, мне нужна твоя помощь, я практически ничего не знаю о мире людей. И я не знаю, насколько хватит личины, созданной стражами, а как только личина слетит, всем будет ясно, что я не человек и это будет катастрофа! — Уже прогресс, — подумала я, — По крайней мере, Эл начал думать, и это уже не плохо. Не хотелось бы искать его по всему аэропорту, если он попытается сбежать. — Ты ещё вот о чём подумай. Если ты не хочешь, "светиться", то тебе нужна операция. Потому что иначе ты рано или поздно выдашь себя.
Просто откроется легочное кровотечение. И тогда тебя отправят в больницу в любом случае. А там тебе придется объясняться и по поводу ушей, и по поводу регенерации. Может, скажешь наконец, кто ты такой?
Я и так о тебе знаю достаточно, хотела бы создать проблемы — сообщила бы о тебе стюардессе. Лучше довериться тому, кто пришел на помощь, чем совершенно незнакомым людям. А мои коллеги от твоей способности к регенерации будут в восторге. И просто так ты от них не сбежишь.
Видимо, мои аргументы показались Эту достаточно обоснованными. — Ты предлагаешь мне принять защиту гостеприимства твоего дома? — потрясённо спросил он, — но люди никогда… Тысячу лет уже… — Ты скажешь наконец, кто ты? — перебила я его не слишком учтиво, — Да, я предлагаю тебе защиту гостеприимства моего дома. Только учти, в Крыму у меня жильё съёмное, добавила на всякий случай я. Эл смотрел на меня пристально, словно пытался прочесть мои мысли.
Затем вздохнул, прошептал: "Закон уже нарушен, ты права. Я должен принять твою помощь, иначе нарушение будет касаться не одного человека, а многих. Перед тобой у меня уже долг жизни. Теперь ещё долг чести. Мой дом всегда будет твоим… Я принадлежу к клану Звёздной дороги, мы хранители порталов на Земле уже несколько тысяч лет." И встретив мой недоуменный взгляд пояснил: "Я — из народа, который вы, люди, называете эльфами".
Если бы я не видела его эльфийские уши и практически мгновенную регенерацию, я бы решила, что парень прикалывается. Ну или ролевик, мало их, что-ли, по окрестностям всех туристических местечек бегает? И поодиночке, и группами.
Но ни один ролевик огнестрельное ранение за полчаса не заживит, чтобы от раны остался лишь неровный шрам.
И я прекрасно понимала опасения Эла превратиться для медицинского персонала в подопытную «морскую свинку», попади он в руки людей. И его недоверие по отношению ко мне поначалу и нежелание, чтобы я его осматривала — это я тоже понимала. Эл не хотел, чтобы я видела его регенерацию. Боялся, что выдам? Совершенно очевидно.
Но сейчас парень явно успокоился и смотрел на меня с доверием и даже симпатией. Видимо, эта самая «защита гостеприимства моего дома» обладает каким-то магическим или ритуальным значением. То есть предательства парень теперь от меня уже не ждет. Когда я предложила пожить у меня. То, что мы по видимому вкладываем в это «защитное гостеприимство» разное понимание ситуации — совершенно очевидно.
Парень, если ты и впрямь эльф, то тебе неслыханно повезло, что ты столкнулся со мной… а не с кем-то из моих коллег. Отнюдь не все мои коллеги добровольно отказались бы от потенциальной Нобелевки, из-за твоей способности к регенерации имея на другой чаше весов твою жизнь. Всего лишь.
— Ладно, эльф, у меня с собой сумка с летними вещичками, когда прилетим, ты переоденешься в мою одежду и спрячешь свои рыжие волосы, которые притягивают взгляды, как магнит.
Так как твоя личина для отвода глаз может прекрасно работает на людях и прочих братьях наших меньших, собаках там, например, а вот видеонаблюдению, боюсь, быдет совершенно наплевать на твою магию личины, и твои преследователи тебя вычислят сразу, стоит им только получить на лапы копию видеосъемки. А то, что они ее получат, у меня почему-то сомнений не вызывает.
А вот когда мы загриммируемся — попробуй нас еще найди среди толпы туристов.
—
