В первые секунды чувствую неимоверное облегчение, что эта тяжесть и верчение прекратились, но потом меня начинает мутить
– Отли… – внутренности скручивает, весь мой завтрак оказывается снаружи и летит по ветру назад в сторону инструктора, – … чно! – договариваю уже шёпотом, – Прости!
– Ничего. Это нормально! Скоро сядем на поле. Согни ноги в коленях и, когда коснёмся земли, пружинь. Поняла?
В ответ только судорожно киваю.
Отстегнув себя и меня, Сергей тут же набирает кого-то на мобильном. Затуманенное сознание из пары коротких фраз выцепляет только «Насыпное». Как оказывается позже, мы приземлились неподалёку от этого населённого пункта в поле, и за нами уже едет машина. Сергей достаёт из рюкзака бутылку воды и протягивает мне.
– На вот, девочка, умойся.
Касаюсь лица, осматриваю себя.
– Прости! Я всё испачкала, – бормочу растерянно.
– Брось. Ничего страшного.
– Что это было? Мы ведь не падали?
– Нет. Конечно, не падали! Вернее падали, но это было контролируемое падение. Я сделал несколько спиралей, чтобы сбросить высоту. По-другому не получалось, иначе нас отнесло бы очень далеко.
– О, Боже! Я думала мы падаем! Почему ты не предупредил?! Почему?
– Боялся, что запаникуешь. Прости!
Но сейчас мне так хорошо, что я решаю не акцентировать на этом внимание.
Мы приземлились недалеко от дороги. Через несколько минут за нами приезжает мужчина на старой легковушке. Они с Сергеем складывают купол, пока я, сняв толстовку, насколько это возможно пытаюсь смыть с лица и шеи остатки былого завтрака.
Всю дорогу до Клемухи нахожусь в состоянии оцепенения и лишь на подъезде начинаю ощущать эмоциональный подъём. И этот подъём ширится и множится во мне, когда машина останавливается, я выхожу из неё, прижав к груди вывернутую наизнанку толстовку, и растерянно осматриваюсь.
На склоне гораздо больше людей, по сравнению с их количеством до нашего взлёта. Такое впечатление, что все, кто находился на горе и летал, все они сейчас собрались в районе места нашего старта. Слышу аплодисменты. Кто-то даже свистит. Чувствую себя звездой реалити шоу в прямом эфире.
Выцепляю взглядом чёрный внедорожник и три фигуры рядом с ним. Направляюсь к автомобилю с широченной ошалелой улыбкой на губах.
Алексей и Марина делают несколько шагов мне навстречу. Кир остаётся стоять на месте, прислонившись к багажнику.
– Ну, вы дали, мать! Это было очень зрелищно! – воодушевлённо восклицает Марина.
– Вы видели, да? Это было тааак круто!!! – эмоционально откликаюсь я.
– Вы сделали восемь витков спирали! Восемь!!! Тебе очень повезло!
– Что мы не разбились?
– Да нет! Что тебя прокатили так высоко, с мощным ветерком. Я такого ни разу ещё не видела в тандеме! Вы только взлетели, как сильно задуло, и вас резко унесло вверх. В точку почти превратились. Все, кто только собирался взлетать – резко передумали. И я в том числе. Остальные, кто летал, быстренько поспешили сесть, пока их тоже так не подняло.
– Ты как? Очень испугалась? – заботливо, с лёгкой тревогой в глазах интересуется Лёша.
– Ну, как тебе сказать. Сначала почти не испугалась. Просто не успела понять, что происходит. Сергей проводил мне экскурсию по открывшимся видам на горы восточного побережья. Было очень красиво и не страшно. А потом меня неожиданно вдавило в люльку, и было такое ощущение, что сейчас расплющит! Вот в этот момент было страшно, потому что я не понимала – мы падаем и сейчас разобьёмся, или нет?
– То-то я смотрю – ты до сих пор зелёная вся!
Подхожу к Киру. Он мрачно и как-то нервно смотрит на меня, скрестив руки на груди. Опускаю взгляд на скомканную в руках толстовку.
– Меня стошнило, и я её испачкала всю – прости! Я постираю.
– Не страшно – забей! – резко бросает он, открывает багажник, забирает кофту из моих рук и кидает внутрь.
Делаю к нему ещё один шаг и в нерешительности застываю на месте, тревожно глядя на него снизу вверх. В ответ всё тот же нервный, горящий взгляд из-под нахмуренных бровей.
– Что так смотришь? – вырывается у меня.
– Как? – опускает взгляд.
– Ну, …так. – неопределённо пожимаю плечами, слегка качнувшись телом вперёд, и тихо добавляю, – Со мной всё в порядке.
Тепло улыбаюсь ему краешком губ. Он тяжело и шумно вздыхает и вдруг порывисто притягивает меня одной рукой к своей груди.
– Не надо! От меня плохо пахнет, – пытаясь отстранится, робко улыбаюсь я.
Хриплый приглушённый шёпот в мои волосы, – Забей!
