Прогресс шел семимильными шагами. Через год, осенью 1948 года, можно было уже утверждать, что советское ракетостроение успешно освоило изготовление жидкостных баллистических управляемых ракет. Ведь в эту осень в Капустином Яре была запущена первая отечественная управляемая баллистическая ракета Р-1. Появление автоматики в ракете было совершенным прорывом. Пройдя ряд испытаний, ракета была сдана на вооружение.
Все силы ракетостроения были брошены на усиление обороны страны. В июле 1949 года И. В. Сталин встретился с командующим артиллерией Вооруженных Сил СССР Н. Н. Вороновым, министром вооружений СССР Д. Ф. Устиновым, заместителем министра Вооруженных Сил Н. Д. Яковлевым, начальником Главного артиллерийского управления М. И. Неделиным, руководителями ракетной и атомной программ СССР С. П. Королёвым и И. В. Курчатовым. В ходе совещания Сталин в очередной раз узнал основную информацию, связанную с производственными моментами, и в конце встречи обратился к присутствующим с такими словами: «Мы надеялись на долгий, прочный мир. Но Черчилль, этот поджигатель войны номер один, и Трумэн боятся советского строя как черт ладана. Грозят нам атомной войной. Но мы не Япония. Так что вы, товарищ Курчатов, и вы, товарищ Устинов, и вы тоже, – это Сталин адресовал Королёву, – поторапливайтесь».
29 августа 1949 года была испытана первая советская атомная бомба. Советский Союз теперь мог дать отпор любому противнику. Зрела необходимость в доставке нового вида оружия к цели: другими словами, нужно было создать межконтинентальную ракету, которая будет способна достичь любой точки земного шара.
С. П. Королёв и Л. Р. Гонор в салоне самолета. Конец 1940-х годов.
Капустин Яр. 18 октября 1949 года.
С 1950 года начали запускать ракеты с собаками на борту – исследовалось их поведение в условиях невесомости. Таких полетов было девять, участвовало 9 собак, а некоторые из них летали по два раза. Возможность полета живых существ на ракетах, а главное – их успешного возвращения на Землю – имела особое значение. Это приближало Королёва к его главной мечте – полету человека в космос. Тогда же в ОКБ Сергея Павловича была спроектирована оперативно-тактическая ракета Р-11, которую можно было хранить и транспортировать в заправленном состоянии. А ракета Р-2, о которой Королёв докладывал в числе всего прочего И. В. Сталину, пройдя серию контрольных испытаний, была принята на вооружение в 1951 году.
Капустин Яр. Осень 1950 года.
В этот период в жизни Королёва произошло еще одно важное событие. В начале 1952 года, когда коллектив Особого конструкторского бюро НИИ готовился к общему собранию, было решено, что с докладом об общем ходе работ выступит Главный конструктор С. П. Королёв. Задачей Сергея Павловича было сделать общий анализ деятельности ОКБ, а также, как советовал ему секретарь партбюро ОКБ Д. И. Козлов, рассказать об очередных задачах коммунистов. Сергей Павлович всегда всеми помыслами и делами был с партией, но о приеме в партию никогда не просил. «Вы – коммунист, хотя и без партийного билета», – говорил ему Д. И. Козлов. И в марте 1952 года Королёв получил рекомендации от коммунистов и подал заявление в парторганизацию в ОКБ. Коммунисты, давшие рекомендации, знали Сергея Павловича по совместной работе, – с И. В. Лавровым и И. М. Рябовым они трудились в ОКБ уже несколько лет, а с Ю. А. Победоносцевым работали еще в ГИРД и в РНИИ; с А. М. Прониным и Д. И. Козловым испытывали ракеты в Капустином Яре. В пору культа личности дать рекомендацию в партийные ряды «врагу народа», хоть и бывшему, значило совершить политический акт, непредсказуемый по своим последствиям. Отдельные личности были против вступления Главного конструктора в партию – например, руководитель парткома НИИ М. Г. Медков, который не забыл, что когда-то Королёв был клеймен «врагом народа». Но Королёв был человеком незаурядным, преданным интересам родины, и люди рекомендовали его, не боясь последствий. Д. И. Козлов пишет в своей рекомендации: «Товарищ Королёв своими знаниями и опытом во многом способствовал коллективу ОКБ добиться значительных успехов в деле укрепления нашей Родины». «Королёв отдает максимум энергии на укрепление могущества нашего государства», – пишет И. В. Лавров. А. М. Пронин в своей рекомендации утверждал: «Товарищ Королёв очень любит свою работу и отдает ей все силы и знания. Переживая глубоко даже небольшую неудачу, не опускает руки, а, наоборот, еще энергичнее ищет правильного решения задачи…». И 18 марта на партийном собрании ОКБ единогласно решили принять Сергея Павловича в свои ряды, а через год Королёв стал членом партии, в тот момент уже переименованной в КПСС. Сергей Павлович понимал, что теперь его доброе имя в глазах народа полностью восстановлено: «Это важно не только для меня… Нельзя забывать о Наташе. Тень, павшая на родителей, падает и на их детей. Такова жизнь…» И в моменты радости Королёв вспоминал о своей любимой дочери, с которой он очень подолгу не мог встретиться, отдавая долг Родине, народу, занятый любимым и очень важным делом.
