Сергей Сергеевич Ольденбург 1888-1940 полностью

В Париже на первом открытом собрании младороссов, противоречиво, до нелепости, зовущих себя революционными легитимистами. А.Л. Казем-Бек заговорил о новом монархизме – т.е. своей революционный вымысел противопоставлял настоящему русскому монархизму. Казем-бек заявил о враждебном отношении к старому режиму и старой психологии. В качестве хранителя черносотенных традиций Н.Е. Марков выступил с протестом против идеологии младороссов, объявив об их разрыве с русской политической культурой. Младороссы, по мнению Н.Е. Маркова, пошли за левой интеллигенцией и «Днями» Керенского. Особенно возмутительной он счёл формулу Царь и советы. «Причём здесь советы? - обратимся уж лучше за помощью к городовому», - так ёрнически передал его мысль 23 ноября Л.Д. Любимов, не способный обойтись без ударов по ВМС. Претензии Н.Е. Маркова младороссам повторил и кириллист П.Н. Крупенский.

И.П. Якобий 11 декабря читал доклад «Как предали Царя в феврале 1917 года».

В газете «Возрождение» от 19 декабря появилось сообщение В. (похоже, В.М. Левитского) о выступлении С.С. Ольденбурга на собрании младороссов, где Е.А. Ефимовский читал доклад «От Екатеринбурга до Кобурга». В прениях принимали участие Д.Н. Любимов, Н.А. Лохвицкий, В.А. Хрусталёв и другие известные монархисты. «Наибольшее внимание привлекло выступление С.С. Ольденбурга, который заявил, что сейчас уже нельзя отрицать упадка монархического движения среди русской эмиграции. По мнению оратора, две основные причины привели к распаду единого монархического фронта. Первая – провозглашение вел. кн. Кирилла Владимировича – императором, вторая – неумение высшего монархического совета создать единый монархический фронт. По мнению С.С. Ольденбурга, сейчас необходимо учесть весь опыт и начинать дело с начала: объединиться всем, кто хочет вести активную борьбу с большевизмом, а не ослаблять свои силы разногласиями и ссорами. Ряд следующих ораторов возражал С.С. Ольденбургу».

Как можно убедиться, С.С. Ольденбург продолжал, не признавая Императорского титула за Кириллом, считать крайне нужным соединение с его сторонниками на базе общей русской монархической идеи. Он неизменно оставался приверженцем ВМС, указывая лишь на неспособность фактически достигнуть целей, которые ВМС ставит. Это желание С.С. Ольденбурга до сих пор не исполнено и входит в перечень актуальных задач существующего монархического движения.

П.Н. Крупенский опасался что его предложение может отвести младороссов от кириллистов в сторону ВМС и отвечал Ольденбургу, что младороссы уже всё решили и не надо их сбивать «с толку». А.Л. Казем-Бек указал на ослабление организаций и эмигрантов-республиканцев, не только монархистов. Е.А. Ефимовский традиционно настаивал на правах Великого Князя Кирилла Владимировича, т.е. наотрез отказывался от предлагаемого сближения с ВМС. Захваченный евлогианцами НМС совершенно сошёл со сцены как существенная величина.

Ефимовский к этому времени начал выпускать в Париже журнал «Театр и Жизнь» вместе с А.И. Филипповым.

В церкви на рю Дарю 19 декабря С.С. Ольденбург присутствовал при заупокойной службе по Императору Николаю II, которую проводил митрополит Евлогий. Среди множества молящихся были также В.К. Ксения Александровна, В.К. Андрей Владимирович, В.Н. Коковцов, М.Н. Гирс.

Многие монархисты, А.Н. Крупенский, Д.Б. Нейдгардт, А.Д. Голицын посетили открытие полкового собрания лейб-казаков в пригородном особняке Парижа. М.Н. Граббе рассказал историю создания музея, с речами выступали также П.Н. Краснов и А.П. Кутепов.

Ольденбургу может принадлежать, корреспонденция С. от 26 декабря «Памяти Иннокентия Анненского» про вечер, организованный редакцией журнала «Числа». Хотя С. – один из самых частых псевдонимов Ольденбурга, а его любовь к поэзии хорошо известна, написание подобных отчётов для него не типично и автором может оказаться кто-либо из журнала.

28 декабря 1929 г. в зале Ваграм прошёл франко-русский митинг протеста с участием правой части белоэмигрантов. Присутствовали А.Н. Крупенский, М.К. Горчаков, А.П. Кутепов и мн. др. Своеобразно выступил А.В. Карташев, назвав Российскую Империю свободнейшим и демократическим государством. Подобная риторика замещает монархическую сознательность либеральной фразеологией.