Заядлый фальсификатор П.П. Булыгин также известен по выдуманной им фразе Л.Г. Корнилова: «казак настоящий не может не быть монархистом...», которую твёрдый республиканец Корнилов никогда не говорил, но она ввела многих в заблуждение [А.А. Керсновский «История Русской Армии» М.: Голос, 1992, Т.4, с.266].
За своей полной подписью 10 марта 1935 г. С.С. Ольденбург опубликовал статью «Не торопитесь обольщаться (по поводу доклада А.Л. Казем-Бека)». «Недавно на одном совещании был задан вопрос: считаете ли вы, что младороссы “скатываются к большевикам”? Что значит “скатываются”? Их цели, их идеалы остаются весьма несходными с целями большевиков, а то и прямо противоположными. Но если спросить: считаете ли вы, что агитация младороссов в зарубежье идёт на пользу большевикам? - пришлось бы во многих случаях ответить утвердительно. Такое обвинение, кстати сказать, довольно обычно в зарубежной среде».
В отличие от аналогичных обвинений эмигрантских либералов и социалистов в адрес правых монархистов, определение младороссов как попутчиков большевизма – «не брань по их адресу: это – объективное констатирование политического факта».
Ольденбург считал, что пропаганда сталинского патриотизма против внешних врагов СССР «едва ли» «будет иметь большой успех в русском народе». «Там не забывают, что главный враг России – коммунистическая власть, к нашему несчастью, устроившая свой плацдарм на территории нашего отечества. Но здесь, за границей, в отрыве от русской действительности, советские происки попутчиков имеют больше шансов на успех».
Одновременно Ольденбург считал не доказанными утверждения младороссов об изживании коммунизма. «А.Л. Казем-Бек занимал свою аудиторию анекдотами из советских газет, свидетельствующими о росте “буржуазных инстинктов”. Надо сказать, что такие сцены, как драка из-за замшевого галстука могли происходить когда угодно – даже в эпоху т.н. “военного коммунизма”, не говоря уже о периоде “Нэпа”».
Будучи настоящим националистом, С.С. Ольденбург хорошо понимал желания русского народа. Можно встретить свидетельства, что в советских тюрьмах жертвы массового террора в 30-е разделяли надежды белоэмигрантов, рассчитывая на скорое падение СССР от внутренних или внешних причин – «в результате “мирового Крестового похода”». Сохранялись в 1935 г. и основания верить в реставрацию политической элиты Российской Империи: «вскоре, рассуждал Лорис-Меликов, народ сам на коленях будет просить прежних властителей вернуться и снова взять на себя управление страной» [Иосиф Бергер «Крушение поколения» Флоренция, 1973, с.26-27].
События 1941 и 1991 годов доказали факт народного восприятия ВКП(б) и КПСС в качестве главного врага, но показали и силу коммунизма, который не бездействовал, а бросил всю мощь тоталитарной пропаганды и того что от неё оставалось, на собственное спасение.
Большевики сумели пережить сокрушительный крах, явившийся одновременно огромной русской победой, показывающей подлинное величие 90-х: «выросшая во сто крат за годы Советской власти интеллигенция, воспитанная на идеалах марксизма-ленинизма, сама много сделавшая для их развития, в своём большинстве дружно предала эти идеалы и привела данную власть к уничтожению» [И.Е. Жмаков «Павел Федирко – мой современник» Красноярск: Горница, 1996, с.206].
