Сергей Сергеевич Ольденбург 1888-1940 полностью

В статье «Германское примирение» Ольденбург пишет, что австрийцы такие же немцы как баварцы или пруссаки, поэтому стремление к национальному объединению носит естественный характер. «Прежде противниками аншлюса были только сторонники Габсбургов», но с 1933 г. к ним добавились и все остальные враги национал-социалистов. Ольденбург нашёл плюс в том что Австрия в результате подчинения Германии отошла от левых союзников коммунистов, враждебных Хитлеру. Но положительная оценка по второстепенным параметрам являлась огромной ошибкой, т.к. эта капитуляция наносила смертельный удар по Династии Габсбургов и австрийским монархистам. Она состоялась под прямой угрозой со стороны немецких военных сил. Нацистские оккупанты в дальнейшем арестовали верного Габсбургам Шушнига, и он пробыл в концлагере до 1945 г. Жена Шушнига просила гестапо арестовать её тоже, чтобы они могли соединиться в тюрьме.

25 февраля в статье «Поражение партии войны» Ольденбург приветствовал увольнение английского министра иностранных дел Э. Идена, считая что замена его на лорда Галифакса снижает риск возникновения европейского конфликта. Невилл Чемберлен был охарактеризован Ольденбургом обладающим качествами вождя, редкими для консервативной партии. К мировой партии войны Ольденбург отнёс также Ф. Рузвельта, «нью-йоркские еврейские круги» и металлургическую олигархию в США. Отставку Самюэля Хора, склонного к соглашениям с Германией, Ольденбург оценил как жертву нападений английской части этой партии.

Р. Гесс, совершая не санкционированный Хитлером перелёт в Англию в мае 1941 г., рассчитывал договориться не только с упомянутым лордом Галифаксом, но и с С. Хором, учитывая его вес в иерархии мировой закулисы, хотя С. Хор был в Мадриде. Джон Кросс, биограф С. Хора, утверждает что он продолжал вести дружескую переписку с П.Б. Струве, с которым, как с Г. Вильямсом и А. Тырковой, близко сошёлся в 1916 г. в Петрограде. Во всяком случае, Струве присылал сочувственное письмо в связи с потерей Хором министерства. С.С. Ольденбург наверняка знал об их взаимоотношениях, что должно было накладывать отпечаток на восприятие роли С. Хора в февральском перевороте 1917 г. и текущей дипломатической политике. После отставки Самюэль Хор был готов уйти из политики и заняться финансами. Спонсором Хора, продвигавшим его и в политике, был газетный магнат Уильям Эйткен (лорд Бивербрук), их связывали коррупционные отношения. В 1917 г. при А. Мильнере У. Эйткена назначили британским министром информации, т.е. руководителем всей военной пропагандой, он снова будет занимать различные места в правительстве в годы Второй мировой войны. У. Эйткен в течение 1938 г. считал что С. Хор всё ещё может стать новым премьер-министром после Н. Чемберлена и высказывался в печати, что С. Хор продолжает претендовать на “корону”.

В перечень других крупных известий Ольденбург включил усиление полномочий румынского короля, трёхчасовую речь Хитлера с подведением им пятилетних итогов, историю о невозвращенце Бутенко, в чьё бегство не верили большевики. За подписью С.О. в номере 4120 вышел также некролог на годовщину смерти Н.Н. Чебышева. Ольденбург похвалил его как ближайшего сотрудника «незабвенного ген. П.Н. Врангеля», остроумного публициста и знатока театра, обладающего незабываемым обаянием.

4 марта 1938 г. в заметке «Фальшь» Ольденбург ещё раз специально обращал внимание что правый монархист Шушниг, противостоящий нацистам, не имеет никакого отношения к левому демократическому лагерю, выборному принципу и ценностям либерализма. Австрийские монархисты отменили всеобщее избирательное право, запрещали политические партии и вводили строгую цензуру печати во имя независимого существования Австрийской Империи. «Всё это понятно. Только – причём тут демократия?».

Новое выступление С.С. Ольденбурга в Главном Совете Русского Национального Объединения разбирало вопрос «Что происходит в Германии».

Через неделю, 11 марта в заметке «Сила Англии» Ольденбург выступил против недооценки располагаемых возможностей Британии, но и справедливо отрицал, что она могла бы играть роль мирового жандарма от Лиги Наций, чего хотел Э. Иден, в отличие от реалистических целей Н. Чемберлена.

Нисколько не сомневаясь в полной лживости московских показательных процессов над разжалованными большевиками, Ольденбург полагает что признание Г. Ягодой отравления М. Горького и отказ признать такое же убийство его сына мог быть заранее срежиссирован для наигранной убедительности.