— Где ты его получила? — он, конечно же, прекрасно знал, от чего оставались подобные следы, но он ждал её ответа.
— Не твоё дело, — Мей, оттолкнула его руку, отодвигаясь.
Вейн настойчиво придвинул её ближе и взял за подбородок.
— Мей, не упрямься!
— Ты мне надоел! — дорогой Господь, она обманывает саму себя! Когда в последний раз кто-то кроме душевной Амальи, интересовался её ранами? В глубине души она была уверена, что он догадывается об этом. Мей беспомощно вздохнула. Она заметила тёмную прядь волос, упавших ему на нахмуренный лоб и сама не успела осознать, что делает, как протянула руку, поправляя эту непокорную прядь.
Вейн от неожиданности отпрянул от её руки.
— Я замёрзла здесь, пойду спать, — заявила она, обиженная его реакцией и собственной бесстыдностью, — может, ты ждёшь, пока я стану молить тебя отпустить меня?
Вейн тихо покачал головой:
— Я жду, пока ты расскажешь мне, что случилось с тобой.
Господи, вот это упрямец! По его лицу было ясно, что этот воин не уступит, пока не добьётся желаемого.
— Меня ударил отец.
Вейн немедленно пришёл в ярость. Он так и знал! Мерзавец!
— Ты не должен винить моего отца, — нужно было все же смягчить правду, она не хотела, чтобы этот странный нормандец сгоряча натворил бед.
— Ну как же, не должен! — Вейн попытался встать, но она удержала его за руку.
— Я все объясню, — сказала девушка.
Она сильнее сжала его руку, ухватив для верности и второй своей ладонью. Её глаза умоляюще смотрели на него.
— Мей, это нельзя оправдать! — она закрыла ему рот ладонью. Он попытался её убрать.
— Я без спроса убежала в деревню, Вейн. Отец строго настрого запретил мне там бывать. Я поклялась, но не подчинилась, глупо надеясь, что успею вернуться раньше его прибытия. Но опоздала. Я должна была думать о последствиях.
Её рассказ, казалось, ещё больше разгневал Вейна.
— Я сама виновата, — пробормотала Мей, — я получила своё наказание, тебе трудно поверить, потому что у вас не так? В нормандских семьях послушание не ценится?
Нет уж, на это он не купится! Вейн подобрал свою накидку, спавшую с плеч девушки, хорошенько укрыл её и поднял на руки. Она обвила его руками за шею, и он понёс её к палатке.
— Спасибо, — прошептала она, положа голову ему на плечо.
«Чёрт побери, она очаровательна!» — подумал Вейн.
Эта девушка занимала все больше места в его душе, и он больше не мог, да и не желал сопротивляться, она была мягка и податлива в его руках.
Сам не понимая, что творил, он развернулся, и зашагал обратно со своей драгоценной ношей к тому дереву, у которого сторожил её сон. Через минуту он уже сидел на месте. Вейн устроил Мей удобнее на своих коленях, настойчиво вернул её голову себе на плечо и закрыл глаза. Все это произошло так неожиданно для неё и в полной тишине.
Его накидка укутала девушку с головы до ног, а его руки крепко держали её. Тепло его тела приятно согревало.
— Вейн!
— Спи! Скоро рассвет и мы должны будем отправляться.
— Но я не должна так спать, — смущённо прошептала она.
— Не собираюсь слушать пустую болтовню!
Она удивилась той горячности, с которой он произнёс эти слова.
— Пустую болтовню?
— Верно.
Неужели он издевался над ней? Мей разозлившись, приподняла голову и попыталась заглянуть ему в лицо, он настойчиво вернул её голову к себе на плечо.
— Отдыхай Мей, ты просто должна как следует отдохнуть, — пробормотал он сонным голосом.
— И ты тоже… — проговорила она тихо.
Он ласково погладил ей плечи. Прикосновение было так приятно, что сопротивляться не хотелось.
— Верно, и я тоже, — в голосе его явно слышались весёлые нотки.
На его небритом, колючем лице блуждала самодовольная улыбка.
Некоторое время они молчали. Она уже почти уснула, когда Вейн прошептал её имя.
— Мей.
— Что?
— Он больше никогда не ударит тебя.
Вейн понял, что Мей уже почти заснула. Она доверчиво прижалась к нему, поудобнее устраиваясь на коленях. Девушка сонно перебирала пальцами его мягкие волосы, скрывающие шею, и думала, как удивительно все, что с ней сегодня приключилось. От её лёгких прикосновений его тоже одолел сон.
С диким грохотом кровать удалось протащить через дверной проем, хотя сами двери едва не слетели с петель. Ещё немного усилий и она была водружена, как ей и полагалось, у свободной стены в просторной комнате, отведённой хозяину дома. Даниэль с восторгом наблюдала, как юркая горничная Беренис, ловко заправляла кровать, расстилая свежее белье. Комната немедленно наполнилась ароматом его, высушенного на солнце, и теперь готового принять своего усталого хозяина. Девушка заботливо разгладила складки на покрывале, остерегаясь даже присесть на край, и смять постель.
Она то и дело взбиралась на широкий подоконник, выглядывая на дорогу, в надежде увидеть знакомые силуэты, но все безрезультатно. Вот и сейчас, ожидая, пока Беренис закончит убираться в покоях, она уже распахивала окно, и смотрела вдаль. Воспоминания о прошедшем дне, заставили её сердце стучать быстрее.
