Середина Первой Галактической. Р
Знойный, хмурый полдень на Везувии озаряли отсветы множества извержений.
Отравленный выбросами вулканической деятельности воздух не годился для дыхания, низкое небо, сплошь затянутое косматыми, свинцово-серыми облаками, висело низко, отражая багрянец огненной стихии.
Казалось, распростершийся под низким, давящим небом мир совершенно непригоден для жизни, но война изменила многие критерии целесообразности.
Везувий был не просто колонизирован, а плотно заселен: здесь располагались промышленные базы Земного Альянса, обеспечивающие ремонт пострадавшей в боях техники, - с театров боевых действий на орбиты планеты, через аномалию космоса буксировали поврежденные космические корабли, которые затем доставляли на поверхность при помощи специальных технических носителей[2]. Немало прибывало транспортов с разбитыми серв-машинами, которые еще подлежали ремонту, или предназначались для разборки на запасные части.
На Везувии базировались не только "сухие" ремонтные доки для крупнотоннажных кораблей, но и заводы по восстановлению планетарной техники, - в суровых условиях горячей, молодой планеты, где деятельность вулканов не требовала дополнительных средств маскировки, а полезные ископаемые залегали буквально на поверхности, существовало еще одно преимущество: расположенные тут полигоны, предназначенные для испытаний восстановленных серв-машин, идеально отвечали критериям условий "приближенных к боевым".
…
Дональд Кроу относился к жизни легко.
Служба на испытательных полигонах Везувия в другое время не показалась бы синекурой, но когда идет страшная по количеству жертв и накалу боев война, которой, как пожаром охвачен весь освоенный людьми космос, жизнь под низким, свинцовым небом покажется райской, если альтернатива - почти гарантированная смерть.
В общем, он не роптал на судьбу.
Сегодняшний день не сулил неприятностей и вряд ли в понимании Дональда отличался от сотен других серых и скучных, наполненных трудной, но не опасной работой.
Сегодня ему предстояло прогнать тест у трех "Хоплитов", отреставрированных после жестоких боев. Ничего сложного или необычного - прогулка по коварной, пересеченной местности в условия плохой видимости из-за постоянного падающего с небес вулканического пепла, пара прыжков на реактивных ускорителях через неширокие реки лавы, пересекающие равнину, стрельба по мишеням.
Кроме необходимости провести много часов в стареньком боевом скафандре, в котором к тому же сбоила система терморегуляции, иных неудобств не предвиделось.
Покинув ангар, Кроу уверенной походкой направился к крайней в ряду машине. "Хоплит2М" - новая модель, обещающая стать настоящей "рабочей лошадкой" десантных подразделений на ближайшую перспективу.
…
Подойдя к сорокапятитонному исполину Дональд невольно обратил внимание на внешний вид машины: оба подвесных орудия заменены; на оружейных пилонах по правому борту красовалась новенькая сборка ракетных тубусов, зенитная турель вообще отсутствовала, вместо нее конструктора установили два лазера средней мощности на вращающихся ложементах.
Трудно даже представить в какой дикой мясорубке пришлось побывать "Хоплиту", чтобы получить
Ладно. Мое дело протестировать механизм.
Настроение у Дональда было отличным, он открыл защитную заслонку и коснулся сенсора технического доступа в рубку.
Послушно раскрылся люк, с пятиметровой высоты спустилась телескопическая лесенка.
Насвистывая веселый мотивчик, Дональд поднялся к рубке, прошел через шлюз и оказался внутри серв-машины.
Обзорные экраны включились при его появлении, подвижные приборные панели, плотно обступающие пилот-ложемент, отодвинулись, освобождая пилоту проход к креслу.
Он включил дистанционную связь через устройства импланта[3], - при этом не инициировался полноценный нейросенсорный контакт разума человека с системой "Одиночка", а включался режим мысленных команд третьего уровня, - вполне достаточно для технического тестирования, тем более что большинство операций машина будет производить сама, а дело Дональда - подкидывать ей внезапный вводные, на которые киберсистема должна реагировать быстро и адекватно.
