Бэнсон весь этот час стоял рядом, - и порядком замёрз, так как на нём, кроме башмаков, тонких чулок и кожаных панталонов был всего лишь такой же, как у хозяина, плащ: Змею надлежало войти к гостям полуголым, сбросив свой плащ перед дверью, ошеломляя собравшихся шрамами и ярким широким ожерельем из оскаленных человечков.
Наконец, слуги увели в конюшенный двор экипаж последнего гостя. Владелец имения и его телохранитель вошли к гостям.
Круглый холл был исполнен мрачной, тяжёлой торжественности. Весь круг стены был задрапирован огромными, чёрной кожи щитами. На каждом был наклеен лоскут алого бархата, искусно вырезанный в виде капли. Между щитами стояли бронзовые высокие канделябры с наполовину уже сгоревшими свечами. Подставки под свечи были выполнены в виде хищно согнутых птичьих лап. Свет качался, и казалось, что по стенам стекает настоящая кровь.
Гости, словно осы, вились вокруг небольших круглых столиков, уставленных бокалами и судками с закусками, причём внешняя поверхность и судков, и бокалов была покрыта окрашенной в красный цвет кожей. Многие были изрядно навеселе.
– Дюк!! - прокричал кто-то, и гости заоборачивались, завскидывали руки с красными кубками, и над головами прокатился приветственный рокот.
– Ой, какой страшный! - с шальной весёлостью взвизгнула одна из дам в фиолетовом платье, вытянув палец в сторону Бэнсона, и тут же, пошатываясь, метнулась к нему и добавила: - Ой, какой милый!
Мужчина в маске, очевидно, её кавалер, схватил даму, останавливая, за рукав и с треском вырвал его. Женщина, взмахнув обнажённой рукой, обернулась - и по зале прокатился щелчок звонкой пощёчины. После этого она, на ходу отрывая второй рукав, заметалась среди гостей, а её кавалер, сдвинув на лоб маску, помчался следом, взмахивая фиолетовым лоскутом, словно плетью. Внимание гостей мгновенно заняла ссорящаяся пара, и Дюк, недовольно поморщившись, выглянул за дверь и негромко проговорил:
– Пора, пора!
После этого встал опять рядом с Бэнсоном, - и вдруг сзади них стали раздаваться гулкие, сильные удары в дверь. Лица гостей повернулись теперь уже в их сторону, и кто-то спросил: «кто там стучит?»
– Это дверь заколачивают, - сложив на груди руки, сказал, блестя маской, равнодушным голосом Дюк. - Большими гвоздями.
– Но подождите! - испуганно вскрикнул кто-то, - здесь же нет другого выхода!
– Разве мы собрались здесь, чтобы выйти? - развивая интригу, воскликнул Дюк. - Нет! Мы собрались, чтобы идти дальше!
И владелец имения указал на середину залы, где в полу вдруг шевельнулась и стала опускаться плита. Кто-то из гостей с испуганным криком отпрянул, кто-то наоборот, подскочил и склонился, вглядываясь в открывшуюся глубину.
– Там ступени!
– Вот именно! - кивнул маской Дюк. - И там - начинается бал!
Разверзшийся вход в подвал был похож на могилу, и на лицах у многих гостей было смятение, - но вдруг оттуда, из дыры хлынула струнная музыка. Разгорячённая дама, оторвавшая-таки второй рукав, взмахнула, как птенец в первом полёте, руками и засеменила вниз по ступеням. Оттуда вдруг долетел её восторженный вопль. И гости, расталкивая друг друга, устремились вниз.
– Скорее! - громовым голосом прокричал Дюк. - Плита сейчас закроется!
И толпа гостей превратилась в хаотический, исходящий криком поток.
– Вот так и надо водить этих обезьян, - сказал Бэнсону вполголоса Дюк, - на верёвочке. Невидимой, но очень прочной.
Внизу, в большем по размерам, овальном зале с двумя высокими дверями в противоположных торцах, находилось возвышение, на котором в два ряда, на стульях, сидели музыканты, во фраках, но с завязанными глазами. Стены были увешаны зеркалами с кроваво-красными каплями в центре каждого.
– Бал! - выкрикнул Дюк, и вначале одна, а потом всё больше пар заскользили и закачались в танцевальных фигурах.
Мелодии сменяли одна другую почти без пауз, не давая гостям передышки. Через полчаса появились откуда-то два шута - карлик и карлица. Они притащили раскрытый бочонок с вином, карлик вооружился объёмным половником, а карлица - кубком, и разгорячённые гости принялись вливать в себя это вино.
Ещё через полчаса музыка вдруг оборвалась.
– Но где же, - раздался в наступившей вдруг тишине, голос одного из гостей, - то, ради чего мы, собственно, приглашены?
– Да, да! - закричала голорукая гостья, - где этот загадочный страшный сюрприз?
– Судя по всему, - весело закричал тоже изрядно хвативший вина Дюк, - за дверью. Но только вот за какой? За одной из них - сюрприз. А за второй - заряженная пушка, которая немедленно выстрелит, как только двери раскроют.
– Дюк! - недовольно выкрикнул кто-то. - Что за шутки?
– Вот именно шутки! - отвечал, смеясь, Дюк. - И не просите у меня подсказки! Кому не терпится увидеть обещанное - открывайте дверь! Любую! На выбор!
Но гости не стали разделять его веселья. Наоборот, с испуганным ропотом они принялись растягиваться вдоль стен, уходя с линии предполагаемого выстрела.
– Любую на выбор! Любую на выбор! - заверещал вдруг тоненьким голоском карлик и метнулся к двери.
