Но, спустя три дня, когда к дому бывшего скупщика краденого притащилась неуклюжая большая карета, принца Совы Бэнсон в доме не обнаружил.
Карета остановилась; шум колёс и копыт едва успел затихнуть, а дворовые слуги уже открывали ворота. «Безмятежно живут, - подумал не без радости Бэнсон. - Ещё не выяснили - кто прибыл, а уже открывают. Похоже, что всё спокойно».
Кучер шевельнул вожжами и усталые лошади послушно потянули карету во двор. Так же устало и равнодушно процокали подковами привязанные к запяткам конь Стэнтока и Бэнсонов Уголь. Дождавшись стука закрывшихся ворот, Бэнсон и Стэнток выпрыгнули из кареты. Ни секунды не медля, бывший начальник Дюковой охраны вбежал в дом, торопливо спросил - где лестница на чердак, и вскоре уже, раздвинув подзорную трубу, в оба конца осматривал улицу.
Скупщик краденого, на лице которого светилась искренняя улыбка, приложил руку к груди и отвесил Бэнсону учтивый поклон.
– Всё спокойно? - спросил у него Бэнсон, жестом приглашая семейство Стэнтоков выйти из кареты.
– О да! - воскликнул владелец дома, протягивая «работнику королевской полиции» сложенный, с сургучной печатью листок. - Это от Совы. Как добрались?
– Без особенных приключений, - улыбнулся и Бэнсон, чувствуя, как его отпускает многодневное напряжение. - Он давно ушёл?
– Нет, вчера.
Бэнсон шагнул в сторону, сломал печать и развернул лист. И, едва он опустил взор на ровные чернильные строки, в глазах у него потемнело.
«Вайер сбежал…»
Он быстро вскинул голову, прострелил взглядом верхушки заборов, крыши окружающих двор домов. Затем шагнул к семейству Стэнтоков и, не церемонясь, бросил:
– Скорее!
Дождавшись, когда все приехавшие с ним скрылись в доме, торопливо вошёл следом. Снова резко проговорил:
– У окон не стойте!
Привалился спиной к стене и снова поднёс к глазам лист.
«Вайер сбежал. Убил троих сопровождавших его. Оставил для меня записку с вызовом на поединок. Но поединка не будет: Вайер тянет время, надеясь, что мы соберёмся все в одном месте. За домом безусловно следят, и если ты читаешь эти строки, - в эту минуту в тебя надёжно вцепились. Сможешь сбросить со следа его людей - найдёшь меня в старой крепости возле порта. Сова».
Послышался скрип ступеней, потом звук тяжёлых шагов. Подошёл Стэнток, с щёлчком сложил трубу.
– Дорога пуста. Ни человека, ни всадника, ни повозки. Похоже, доехали незаметно.
Вместо ответа Бэнсон протянул ему прочитанное письмо.
– Так, - на удивление спокойно сказал Стэнток, прочитав написанное. - Как думаешь действовать?
– Очевидно, что нужно убираться отсюда, - ответил Бэнсон. - Причём уходить нужно всем, вместе с хозяином и его слугами. Сесть на корабль и отплыть. На воде следов не бывает. Но очевидно ещё и то, что сделать нам этого не дадут.
– Постараются не дать, - уточнил Стэнток, укладывая трубу в чехол.
– Очень постараются.
– Будем уходить ночью?
– Нет. Мы можем уйти лишь собрав всех вместе. А Вайер, стало быть, этого только и ждёт. Видимо, у него достаточно сил, чтобы покончить со всеми разом.
– Это не совсем разумно. Всегда легче бить противника по частям.
– Только не в нашей ситуации. У нас уже были схватки с армией Вайера. Как только кто-то наносил удар, то немедленно получал ответный, поскольку открывал своё местонахождение, количество сил, степень осведомлённости, планы. Здесь не работают армейские законы тактики и стратегии. Это мир магов.
– Что же ты хочешь предпринять?
– Я хочу того же, чего очень хочет и Вайер: найти Сову. Мастер Альба сказал бы, что у нас с ним сейчас медленный призрачный танец. Я знаю, где Сова, а Вайер знает, где я. Он надеется, что я приведу к Сове его людей, а я надеюсь спрыгнуть со следа.
– Есть идеи?
– Да, есть.
– А что делать мне?
– Думаю, то же, что и мне. Поесть и выспаться. До ночи ни мы, ни они ничего не предпримут.
Однако кое-что всё же было предпринято. Уже наступал вечер, когда по улице галопом пронёсся всадник. Грохот копыт его лошади сделал почти неслышным одиночный стук в дверь, - скорее не стук даже, а удар. Поспешивший взглянуть в чём дело хозяин дома торопливо пришёл в комнату, где спал Бэнсон, а тот уже вскочил на звук его тревожных шагов.
– В двери торчит нож, - сообщил взволнованный скупщик.
Спустя четверть минуты Бэнсон держал в руках длинный метательный нож с намотанной на рукоятку полоской бумаги. Он снял послание, принялся читать витиевато начертанные строки, а Стэнток с нескрываемым восхищением стал рассматривать безупречно сбалансированный, с шероховатостью вдоль тонкого лезвия нож. Спустя минуту они поменялись. Бэнсон взял в руки клинок, а Стэнток принялся читать.
