Услышав его слова, девушка лишь дико рассмеялась и выкрикнула слова не непонятном языке. На ее груди тут де вспыхнули неразборчивые с такого расстояния письмена и дернувшись, словно ее ударила молния ведьма обмякла.
— Что происходит? — непонимающе оглянулся на Риналу Аркум. — Эй, ты в порядке?
Испуганно замершая девушка от прикосновения к плечу вздрогнула и, резко повернувшись к парню, ухватила его за руку и потащила прочь с площадь. Естественно у нее ничего толком не получилось из-за того, что куда более крупный Арк не собирался уходить прочь. Схватив девушку за плечи, он повернул ее к себе лицом:
— Что происходит-то? Может объяснишь?
— Она отказалась от посмертия! Тут опасно находиться!
Едва девушка договорила эти слова как еще не зажженный костер вспыхнул сам собой, вот только загорелся он темно-фиолетовым, густым пламенем. Едва различимая на нем фигура ведьмы подняла голову и растянув засиявший бордовым светом рот в хищной ухмылке обвела собравшуюся толпу взглядом бордовых же глаз. Стоявшие ближе всех люди испуганно отпрянули, но напиравшая сзади любопытная толпа не давала им вырваться прочь.
Что-либо сделать ведьма не успела. Ее остановил пролившийся с неба луч серого света. Естественно его создал стоявший на сцене инквизитор. Для этого ему хватило лишь один раз взмахнуть сорванной с пояса булавой и прочитать пару строчек из молитвы. Навершие булавы, до этого тускло сиявшее, тут же потухло.
Вздрогнув, словно ее тело пронизала молния, девушка обмякла, фиолетовое пламя вокруг опало. Вяло приподняв голову, ведьма попыталась сконцентрировать взгляд на оглушившем ее инквизиторе, но не смогла этого сделать. Священнослужитель же в свою очередь окрикнул испуганно отпрянувшим стражникам и те заторопились к костру, несся с собой зажженные факела. Сухо затрещали вспыхнувшие малые веточки, ярко полыхнула промасленная солома, пара мгновений и весь костер занялся жарким, чадящим пламенем. Правда ведьме было уже все равно. Безвольно мотая головой и абсолютно не понимая, что происходит, она изредка тихо постанывала, не обращая внимания на пожиравшее ее пламя.
— Ей совсем не больно? — удивился Хакар.
— Нет, той девушки уже нет здесь, — покачала головой чуть успокоившаяся Ринала. — Она отказалась от посмертия, я же сказала.
— И что это значит? Она ведь в любом случае не попала бы не в Элас ни в Ялис, так вроде называются планы ваших богов, — все равно не понял Хак.
— Тут ты не совсем прав, до этого дня у нее еще был шанс попасть после смерти хотя бы в Ялис. Да, тех, кто служил Забытым Богам из Потерянного плана после смерти ждут страшные муки на Жерновах Гуривальда, но это лучше, чем участь тех, кто вовсе отказался от посмертия или потерял его. Эти люди не заслуживает даже самого строго суда, — осенила себя священным знаком Ринала.
— То есть даже эту ведьму или какого-нибудь некроманта из Слуг после смерти судили бы наши Боги? — удивился Арк.
— Если они еще не отдали свою душу, но как я сказала посмертие можно потерять даже не подозревая об этом.
— Я совсем запутался, — покачал головой брильемец.
— Здесь очень тонкая грань. Все что ты должен знать, что Боги, как бы они ни были строги, заботься о душах всех своих детей и стараются спасти каждого. Даже тех, кто оступился, но у них ни всегда это получается, — с сожалением вздохнула девушка.
— Значит и эта ведьма могла заслужить справедливый суд на Жерновах? — бросил взгляд за спину Аркум.
— Возможно, во всяком случае у нее был шанс, но она потеряла его в тот момент, когда добровольно отказалась от своей души, и, как следствие, посмертия.
— А ваши Боги не слишком мягки? — задумчиво пробормотал Хак.
— По-твоему они не должны бороться даже за тех, кто лишь слегка запятнал свою душу? — вспыхнула Ринала.
— Я не знаю, — пожал плечами Хакар. — Для меня все это слишком сложно. Жернова, ведьмы, божественные планы – все это не для меня.
— А что для тебя? — заинтересовался черноволосый.
— После смерти стать деревом в родных лесах. Или каким-нибудь духом. Может быть просто зверем или вовсе весенним ветерком, — поднял глаза к хмурому небу брильемец. — Прожить несколько жизней в телах невинных растений и животных, чтобы очиститься от человеческой грязи, а затем, может быть, вновь родиться брильемцем в какой-нибудь маленькой деревушке в глухой чаще.
Налетевший порыв ветра ласково прикоснулся к лицу парня, заставив того чуть прищуриться, и унесся прочь.
— Ух ты, — только и смог выдавить из себя Аркум и тоже задумчиво взглянул на небо.
Остаток пути до Гильдии троица молчала. Арк впервые в своей жизни задумался о том, что же ждет его после смерти. В отличие от Хакара для него все было куда менее прозрачно, все же праведником себя назвать он не мог.
Ринала была куда более спокойна. Выросшая под жестким присмотром Церкви она не сильно волновалась за то, что же ждет ее в конце пути. Лишь то, что она по своей воле применяла Темные Чудеса слегка беспокоило девушку, но она быстро успокоила себя тем, что использованы они были на тварей куда более ужасных, а никак не на невинных людей.
