— Он действительно попытался задеть тебя твоим прошлым? — Таша хотела повернуться, чтобы заглянуть Рику в глаза, но тот недовольно рыкнул и вернул ее в прежнее положение. С показным смирением и преувеличенно укоризненным вздохом видящая подчинилась, устроив ладони на обнимающих ее руках.
— Не поленился ведь, докопался до старой истории… — Руки сжались чуть сильнее, выдавая эмоции Рика. — И ладно бы я был политической фигурой, где такие трюки — неотъемлемая часть игр. Мне, простому капитану — и вдруг столько внимания…
— Так уж и простому, — фыркнула девушка. — Во-первых, первого ранга. Во-вторых, ты все-таки довольно значимая для Делоры фигура. И, в-третьих, Миллен тебя боится, если полез в прошлое искать грязное белье, чтобы с повизгиванием радостной помойной шавки вытащить его наружу.
— Интересное сравнение, — оценил Рик, усмехнувшись.
— Для него — самое подходящее, — отрезала девушка и тут же смягчилась, опуская голову на плечо капитана. — Расскажи, чем он тебя так задел.
— Тебе еще не все рассказали?
От горечи и снова прорвавшейся злости, прозвучавших в голосе Деррика, Таша вздрогнула. Если бы могла, видящая, наверное, попыталась бы оттянуть на себя часть боли, что терзала Рика. Потому что он не должен быть таким. Никто не имеет права пытаться сломить капитана Ирлина! И так близко подходить к успеху…
— Я не стала слушать. Твое состояние для меня важнее, чем сплетни Управления.
— Зря не стала. Уверен, тебе бы поведали всё в подробностях, многие из которых я уже и сам не помню: в Управлении служат немало людей, кто мгновенно вспомнит старый скандал.
Девушка пихнула Рика локтем в бок. Несильно, но чтобы перестал зубоскалить.
— Не ерничай, — строго одернула она его. — Тебе это не идет.
— А что идет? Превратиться в мямлю, рыдающую на плече собственной помощницы о прошлых событиях, на которые даже повлиять не мог? Хочешь, чтобы мы устроили посиделки, где я рассказал бы тебе еще одну грустную историю из моей жизни?
Деррик снова начал заводиться.
— Дурак! — вспыхнула Таша, поворачиваясь к нему лицом. — Я за тебя переживаю, помочь хочу! Разделить с тобой эту боль, если получится! Мне не нужны сплетни и слезливые истории! Я просто не хочу, чтобы это мучило тебя!
Ирлин отклонился назад, всматриваясь в зеленые, горящие обидой на несправедливые слова глаза.
— И с чего бы это? — полюбопытствовал он, держа девушку за плечи.
— Дурак! — еще раз повторила девушка, вырываясь из его рук. Но далеко не ушла — Деррик снова притянул ее к себе.
— Успокойся, искра, — велел он, глубоко вздохнув. — Если тебе так хочется устроить день воспоминаний — я пойду тебе навстречу. Пожалуй, давно пора высказаться. Но перед этим предупреждаю сразу: за оскорбление начальства будешь отбывать наказание в спортзале. Путем совместных тренировок. — Приколотый к вороту рубашки кристалл не позволил ему завершить угрозу, хотя и сказанного было достаточно, чтобы Таша в предвкушении закрыла глаза и при этом обреченно застонала. Рик, шикнув на девушку, ответил на вызов: — Ирлин.
— Деррик, у тебя… все в порядке? — чуть запнувшись, поинтересовалась Лаура. В голосе целительницы сквозило неприкрытое беспокойство, и Таша почувствовала одновременно и укол ревности, и радость за то, что за Рика кто-то действительно искренне тревожится.
— Что, новости дошли и до твоего подвала? — с насмешливой бравадой даже не спросил, а вполне так утвердительно произнес капитан. — Не переживай, Лаура, со мной все хорошо. Этот блохастый коврик не сказал ничего такого, чего бы я не слышал раньше. А я уже взрослый мальчик, со своими эмоциями справлюсь.
— Точно не хочешь, чтобы я пришла? Могу успокаивающей настойки захватить…
— Не стоит, — перебил ее Рик с выражением комического отвращения на лице, которое охватывает всех, по их собственному мнению, абсолютно здоровых людей, когда им предлагают успокоительное. — К тому же рядом Таша, я не один. Так что нет ни единого повода для паники.
— Хм… ну раз так… — задумчиво пробормотала Лаура и, поздоровавшись с видящей, отключилась.
После этого короткого разговора Рик заметно оттаял. Видимо, все же понял, что на свете есть люди, которым он не безразличен и которые действительно волнуются за него.
— Ну что? Время грустных историй? — насмешливо, с едва заметной тоской осведомился Деррик.
— Выглядишь так, словно я тебя пытать собираюсь, — заметила Таша, недовольно поджав губы.
