— По крайней мере, самое главное на нём сейчас проверю. На вас-то тратить гипнокурсы Хозяйка вряд ли позволит, а вот продать их, если мы сможем разобраться с ними и определиться с параметрами установки, будет, наверное, даже выгоднее, чем наш весь груз вместе взятый. Жаль, что этого больше чем на один раз не хватит.
И ещё один хлопок по моему плечу.
«Так, что-то мне совсем не нравится его разговор… Почему не хватит, я же чувствую себя относительно нормально?»
И стараюсь заглянуть внутрь своего сознания.
«Это что ещё такое?» — в удивлении думаю я, видя странную зеленоватую моргающую надпись у себя в голове.
Ну а где ещё, глаза-то закрыты и всё то же тёмное облако на месте моего «я».
Но вот надпись.
«Так мне в сознание и правда что-то пытаются залить, — ошеломлённо понимаю я, — как такое возможно?»
Ответа у меня нет.
Зато теперь я понимаю, что слова доктора, или кто он тут, не пустой звук.
И если я всё правильно расцениваю, то установка пока идёт нормально только из-за того, что моё сознание заполнено лишь тёмным и бездонным вакуумом, в который сколько не вливай, столько там и останется.
Между тем разговор между Боссом и Доком продолжается.
— Так ты не ответил на мой вопрос, — сказал главарь, обращаясь к медику, — ему-то чем всё это грозит?
И я чувствую, что меня чем-то тыкают в ногу.
— Ты про его разум или что? — уточняет Док.
— Да, я о его мозгах, — саркастично ответил тому Босс, — если ты не понял.
— Вас, хуманов, очень сложно понять, — честно признался медик, — а за его мозги, как ты их назвал, можно не беспокоиться, их у него и так нет. Но в нашем случае вернее будет говорить о разуме этого дикаря. Он туп как пробка, никакого осознания себя как личности, никаких знаний или жизненного опыта, абсолютно ничего. Видимо если у него что-то и было, то Хозяйка со своими забавами стёрла и это. Мозг у него есть, и он прекрасно функционирует, но отвечает только за базовые инстинкты и функции организма. Если сравнивать его с любыми обладающими даже зачатками разума существами, то этот дикарь тупее самого тупого животного. Так что я даже не уверен, что гипномодули установятся нормально. Но они точно смогут развернуться, я это могу сказать со стопроцентной вероятностью, а вот уже потом, по их области воздействия и охвата, я смогу вычислить необходимые параметры интеллектуального индекса и прочих величин, необходимых для их полноценной установки.
— А с этим-то что будет? — ещё раз спросил Босс.
— Ну, по истечении названного мною срока его разум, если там что-то есть, откажет полностью и потом его можно выбросить в открытый космос.
«Хреново, — констатирую я очевидное, — разумность показывать нельзя, не знаю почему, но я в этом полностью уверен. Однако и умирать пока нет никакого желания. Что делать?»
— Понятно, — отвечает Босс, — поглядим, что у тебя получилось.
«А ведь и верно, поглядим. Этот Док сказал, что ему нужен кто-то для экспериментов, так надо этим кем-то и остаться».
То, что эти самые гипнопрограммы устанавливаются, я вижу.
Вон уже сорок процентов установлено.
Но нужно как-то пережить эту непонятную встречу, что для меня приготовил блондин с главарём.
«Если я смогу выжить, хотя бы просто уцелеть, то достанусь этому чокнутому медику. А тут у меня появится хоть немного времени, чтобы осмотреться и принять хоть какое-то решение».
Хотя бы понять то, где я нахожусь. А решение, в моём конкретном случае, может быть единственным. Нужно делать отсюда ноги, и как можно быстрее. Не нравится мне это место. Ох, не нравится.
Однако трудно сделать ноги, если даже пошевелиться не можешь.
Сейчас я прикован к лежанке какими-то ремнями. Это я уже понял. И меня собираются тащить туда, где, по их же словам, если я продержусь несколько секунд, то будет уже хорошо.
Значит, опять же встаёт вопрос о том, что мне нужно выжить.
Додумать я не успел, хоть и мысли скакали со скоростью света.
Заговорил Босс, видимо обращаясь к тем, что пришли с ним.
— Берите его.
Меня постепенно отстегивают и хватают под руки, начинают снимать с того, на чем я лежал.
— Придурки, — орёт стягивающим меня с лежанки главарь, — отрубите его, а то очнётся у вас на руках, что делать-то будете?
И ржёт на всё помещение.
Вспышка. Боль, но не такая сильная. Темнота.
Вспышка.
Боль, ноющая и слабая. Можно сказать, что её почти нет.
Лежу лицом на чём-то рассыпчатом.
«Песок?» — удивляюсь я.
И открываю глаза, вернее один из них, другой всё ещё не работает.
Осматриваюсь.
Несколько скруглённое помещение. Пол и правда посыпан песком или чем-то на него похожим. Дверей не вижу. Стены серебристого цвета. Такой же и потолок.
Неожиданно на дальней от меня стороне комнаты открывается деверь. Вернее она просто появилась из воздуха.
В неё вошло двое.
Людьми их не поворачивается назвать язык. Оба под три метра. Кожа какая-то сероватая. Лица, будто вырубленные из камня.
Нет, не кожа. На обоих одеты костюмы серого цвета, практически сливающиеся на фоне стен. Но и лица у них примерно такого же оттенка.
