Жизнь чаще всего состоит из случайностей, роковых решений и простого стечения обстоятельств. Судьбе безразличны цели и устремления мелких существ, что зовут себя людьми. Она, как быстрая горная река, несет лишь туда, куда ей захочется. И только глупцы вкупе с безрассудными смельчаками бросают ей вызов. Выжить в мире, где веками дремлющие Силы сошлись в смертельном поединке? Раскрыть тайны богов и заговоры коварных служителей? Вернуть к жизни последнего наследника Серого Ордена и самому обрести память, оседлать Судьбу?.. Да и еще раз да! Случайностей не бывает, случайностями оправдываются слабаки.
Два человека прогуливались по храмовой галерее. Оба — высокие, худощавые, в длинных белоснежных балахонах. Капюшоны надвинуты на лица низко, почти до самых носов. Ветер яростно трепал одежду, пытался ее сорвать. Плевался снегом, забирался под полы. Но служители Алара словно не замечали ненастья. Спины прямые, подбородки вздернуты. И правильно, маги не должны кланяться слепой стихии…
Один из чародеев шествовал неспешно и плавно. Второй явно старался подражать, но не выдерживал, то и дело забегал вперед, заглядывал в глаза спутнику. Потом разводил руками, виновато покряхтывал.
— Господи, какая дыра! — с отвращением произнес первый служитель. — И это называется городом? У нас деревни больше и богаче.
Маг остановился, оперся на каменные перила. Из широких рукавов вынырнули сухие старческие руки. Кожа — тонкая, пергаментная, в синеватых прожилках вен. Узловатые пальцы походили на птичьи лапы. Служитель потер ладони, попытался немного согреться. С отстраненным любопытством посмотрел на город, раскинувшийся у подножия холма. Сквозь белесую занавесь виднелись покосившиеся приземистые дома, грязные крыши, одинокие шпили и голые флагштоки. Порой проезжали всадники, гремели повозки. Редкие прохожие зябко кутались в шерстяные плащи, угрюмо поглядывали в неприветливое небо. На бледных лицах читалась мольба — хоть бы один разрыв в облаках! Хотя бы ненадолго!.. И тогда жизнь показалась бы не такой гадкой…
— Кгм… Простите, ваше святейшество, — осторожно произнес спутник старика. — Я понимаю, вы привыкли к иной картине. Скифрская империя богата… У нас совершенно иначе. Земля бедная, зверья мало. Да и веринги частенько наведываются…
— Ты меня поражаешь, Авестий, — хмыкнул служитель. — Овец нужно защищать от волков. Сам кормишься с храмовой десятины.
— Я понимаю, Эр-Денир! — воскликнул второй маг. Запнулся и поспешно поправился: — Ваше святейшество!.. Но храм очень мал. У меня всего пять карателей. А нападения происходят постоянно. Веринги чувствуют себя как дома. К тому же частенько наведываются лесные тролли, набегают орды гремлинов. Я просто не в силах поддерживать порядок. Мне б еще тридцать опытных чародеев!..
Капюшон старшего служителя колыхнул ветер. Эр-Денир обернулся, окинул взором галерею и поморщился. Да, бедность… Растрескавшиеся стены, сбитая лепнина, сор…
— Оставь вежливость, — хмыкнул служитель, взглянув на спутника. — Мы с тобой знакомы тридцать лет. Оба начинали с младших адептов в Ордене Правды.
— Только я стал настоятелем храма в захолустье, а вы — патриархом, — с вымученной улыбкой произнес Авестий. Вздохнул, подставил лицо колючему ветру.
Серый свет очертил худое лицо, густо испещренное морщинами, жидкую седую бородку и водянистые навыкате глаза. Лик настоятеля нес печать тревог, забот и недосыпания. Глубоко в антрацитовых зрачках сидел злой огонек — последняя искра прогоревшего костра.
Ветер усилился. Он выл и грохотал, бил снежным кулаком в мощные стены храма. Монолиты скрипели, чуть заметно содрогались. Орон утонул в грязно-белой мгле. Людей, повозки, дома и шпили поглотила вьюга. Ледяная крупа с сухим шорохом скользила по камням, бессильно стучалась в толстые двери… Старому магу подобное буйство природы неожиданно доставило удовольствие. И хотя тело пробирал нешуточный холод, Эр-Денир не спешил в уют кельи.
— У каждого свои путь и ноша, — задумчиво пробормотал верховный служитель. — Многое изменилось. После той злополучной битвы в проклятых Аларом Свободных Землях… Принц Александр умудрился сломать шею в битве за Лугар, а старый император доигрался с продлением жизни.
Теперь прикован к постели. Ходит под себя и пускает пузыри ртом. Кто бы мог подумать, что так обернется… Да и битву проиграли. Потеряли армию и много истинных слуг Светозарного. Тьма сильна…
— Зато вы регент империи, — возразил настоятель и угодливо улыбнулся. — До тех пор пока сын Александра не станет совершеннолетним. Вы хорошо правите. Скифрцы веруют в истинного бога. Нет худа без добра.
— Сомневаюсь, — отрезал патриарх, зябко передернув плечами. — И ты понимаешь, Авестий, я не могу дать даже пяти адептов. Ситуация отвратительная. Тьма проснулась. Прорывается в мир в самых неожиданных местах, стирает целые деревни и города. А еще эпидемии, восставшие мертвецы… «Прорывы» происходят все чаще. Земля покрывается гниющими язвами, проплешинами. То, что изначально играло нам на руку, стало проклятием. Народ сходит с ума, превращается в тварей Мрона. Повсюду процветают ереси, люди обращаются к иным богам. И хуже — молятся тем же демонам. Мы сжигаем еретиков сотнями и тысячами, обращаем в истинную веру новые государства. Но едва добиваемся небольшого успеха, Тьма поднимает голову в иных местах. Истинные слуги Алара бьются насмерть с семенем Мрона. Но тщетно… А еще Иглед, Веринг и западный Нгар! Мы теряем легион за легионом на границах непокорных и заблудших королевств. Если весы качнутся, свет станет черным, а из огненных недр выйдет Повелитель Мрака!..
