Но при этом Самуил Аркадьевич беспокоился за Сережу. Одно время тот часто жаловался на головные боли. Хотя сейчас перестал. Но вдруг ни с того ни с сего стал следить за своим здоровьем. Очень тщательно. И видно было, что это не дань моде, а некая суровая необходимость. Все это натуральное питание, отказ от кофе, ушу. Однажды Самуил Аркадьевич застал его за тренировками регулирования сознания. Со стороны казалось, что Сергей просто приложил средние пальцы к вискам и задумался, но директор знал, что делает Сергей, поскольку сам увлекался подобными практиками в юности. Не то, чтобы это пугало или казалось странным. Но возникало ощущение, что Сергей пытается от чего-то избавиться. От какой-то болезни, может высокого давления или чего-то подобного. Это волновало директора. Не только из-за того, что он переживал за хорошего парня, который был ему почти как сын, но и потому что мог лишиться по болезни ценного сотрудника. Очень ценного.
Вернувшись с работы, Сергей либо шел на тренировки, которые проходили два раза в неделю, либо на пробежку возле Патриарших прудов. Иногда на пробежке к нему присоединялся Дима, а потом они вместе болтали о чем-нибудь, попивая всевозможные травяные чаи, которые приносил приятель. Дима нашел неподалеку магазинчик лекарственных трав, и теперь покупал там различные сборы.
Сергей проснулся от нестерпимого раздражения. На улице шел дождь. Окно было открыто настежь по случаю жары, но задернуто плотно шторами, чтобы дневной свет не проникал в помещение. Шторы намочило дождем.
Он это понял по просвечивающим мокрым пятнам. Сергей резко вскочил с кровати, быстро подошел к занавескам и яро их отбросил, чуть не сорвав с колец. Со звоном захлопнул старые деревянные ставни и, надавив на рассохшееся дерево, закрепил шпингалетами.
После этого он босиком прошел на кухню и поставил чайник. Хотелось курить. Ну, уж нет! Голова не болела, но как будто начинала гудеть – буревестник.
Пока закипал чайник, он открыл Яндекс на своем телефоне и пробежал новостные заголовки. Новости были дурные, как будто генератор намеренно выбирал статьи из самых желтых изданий.
Две политические. Третья новость утверждала, что в ближайшем Подмосковье на Западе объявился свой «бостонский душитель». Говорилось о найденном недалеко от платформы теле. Место было то самое.
«Так я же его ножом, почему “душитель”?», – удивился Сергей про себя.
«А что, ты единственный маньяк в Подмосковье?» – саркастически отозвался неприятный внутренний голос.
«Но это мое место», – обиженно заметил Сергей.
«Тогда создай группу в соцсети и собери там всех маньяков, чтобы разграничить территории, распределить права и обязанности, определить сумму ежегодных взносов», – гнусно посоветовал внутренний голос.
Остальные статьи ни словом не упоминали об удушении. Видимо, молодому копирайтеру, передиравшему статью, было известно словосочетание «бостонский душитель», и он решил блеснуть эрудицией в своей статье, пусть и без привязки к теме.
Но если отбросить эту неточность, открывалась не самая славная картина. Брошенное им тело нашли. И не просто нашли, но обратили на него внимание прессы. А значит, полиции не останется ничего другого, как завести уголовное дело. Далее, одно из двух. Об этом деле скоро забудут, и полиция быстренько избавится от него под благовидным предлогом. Либо, скучающие журналисты будут мусолить эту историю, и тогда… Его начнут искать. Наверное. Наверняка.
Какой нестандартный ход событий.
«А почему бы тебе не пойти и не грохнуть еще одного кретина. Ты же количеством и Пичушкина сможешь переплюнуть?» – предложил внутренний голос.
«Не смогу. Я убивал только весной и осенью, значит, около двадцати. Ну, может, чуть больше. До шахматной доски Битцевского маньяка мне еще далеко», – серьезно ответил Сергей.
«Так можно поднажать. Как раз осень заходит», – напомнил внутренний голос.
Сергей отшвырнул телефон. Хотелось курить. Да что ж это такое! Прямо заядлый курильщик нашелся. Он умылся здесь же на кухне холодной водой. Вытерся вафельным полотенцем. До выхода на работу оставалось еще два часа. Он быстро надел зеленый тренировочный костюм и вышел на пробежку по бульварам.
На Рождественском шел ремонт, и Сергей выбежал на проезжую часть, осторожно двигаясь по краю, чтобы при первой возможности вернуться на бульвар. Пробки только начинались, и машины двигались достаточно быстро. Рядом замедлил ход красный «солярис». Опустив стекло, водитель крикнул:
– Ты еще между машин побегай, спортсмен хренов! Легких не жалко? Лучше б курил.
Шедший впереди автомобиль свернул из ряда, и «солярис» поспешил занять его место.
Злоба Сергея усиливалась.
Вот сейчас бы выследить эту мразь и увеличить список.
