Он вышел на главную и единственную улицу деревни и огляделся. Его взгляд упал на крепко сбитый бревенчатый домик с пластиковыми окнами. Хозяин дома работал охранником где-то в Твери. В свои выходные пил и смертным боем колотил жену. Как раз пару дней назад он вернулся с вахты и успел избить свою благоверную до такой степени, что вызывали скорую. Правда, пока скорая приехала, соседка уже обработала все ссадины и ушибы и наложила шину на сломанную руку.
Сергей мысленно настроился на охранника, снова направляя запрос альтер эго. Ему показалось, что в виске сгустилось давление. Он решил на следующий день, поутру, заглянуть к охраннику, пока тот еще не успеет набраться, чтобы познакомиться. Посмотреть, как отреагирует внутренний писклявый голосок. Пока он молчал.
Сергей проснулся и уставился в темноту, из которой смутно проступали очертания потолка. С печи доносился храп матери. Определить, сколько сейчас времени не представлялось возможным – за печью всегда царил полумрак.
Он легко поднялся, пошел на кухню, включил электрический чайник, который по его заказу привезла продавщица автолавки, и вышел на улицу. Предрассветный холодок заставил поежиться. Он умылся водой из бочки, холодной, но без ледяной корочки – до сих пор не было заморозков. Дождавшись, пока вода в бочке успокоится, он посмотрел на свое отражение – темный силуэт в окружении розового свечения предрассветного неба. Сделал небольшую разминку, чтобы согреться, вернулся в дом – чайник только что выключился. Сергей налил горячей воды в умывальник, добавил холодной, потом приладил на уровне глаз осколок старого автомобильного зеркала. Снова зашел за печку и достал из своей сумки бритвенный набор. Сначала попробовал бриться без освещения, но света, проникавшего в мутное окно, не смотря на все попытки Сергея его отмыть, явно было недостаточно. Закусив нижнюю губу, он щелкнул выключателем – вспыхнул свет. Мать продолжала храпеть. Сергей выдохнул, отпустил губу и под аккомпанемент храпа быстро побрился. Сполоснул бритву, выключил свет, убрал бритвенные принадлежности. Из отдельного кармашка сумки достал расческу, причесался. Затем снял с гвоздя самодельную вешалку, на которой висела его приготовленная с вечера чистая одежда – джинсы и рубашка. Облачившись, он вышел на улицу и проверил, нет ли пятен побелки на джинсах, все ли аккуратно. Еще раз посмотрел на предрассветное небо и пошел к охраннику.
К его большому огорчению, ни охранника, ни его жены дома не было. Дверь была заперта, «Нива», на которой ездил хозяин дома, отсутствовала.
Когда Сергей стоял на крыльце, размышляя о том, что ему делать дальше, его окликнула соседка, – милая симпатичная женщина лет пятидесяти, которая одна из немногих еще не подходила к Сергею насчет долгов матери.
– Здравствуйте, вы Федора ищете? – спросила она звонким голосом некурящего человека.
– Да, – ответил Сергей, который не знал имени охранника.
– Они уехали в город, – сообщила женщина. – Наверное, только к вечеру вернутся. Может, им передать что-то?
Сергей спустился с крыльца, подходя к ней.
– Даже не знаю. Я хотел с ним поговорить насчет работы. Он ведь в охране? – Сергею понравилось лицо женщины. Впервые за долгое время он видел черты лица, лишенные себялюбия, наглости, хитрости.
– Федька-то? Да, в охране, – подтвердила она, и, чуть замявшись, спросила. – Простите, а вы его знакомый? Я что-то вас не припомню.
Ей самой было неловко оттого, что она не помнит, кто он, но не нашлась, как спросить иначе.
Сергей улыбнулся и протянул ей руку.
– Меня Сергей зовут. Я сын Любови, крайний дом.
Она засмеялась и неловко пожала его руку.
– А! Вот оно что! Любу-то я знаю, а про вас только слышала. Ну, что у Любы сын в Москве. Я здесь всего несколько лет живу.
Сергей улыбнулся, любуясь ее глазами, – ясными и светлыми.
– Меня Вера зовут, – спохватилась она.
– Очень приятно, – искренне ответил Сергей.
– А вы говорили, что хотите работу Фёдору предложить? Вы уж извините, что я так любопытничаю, просто мы с Надей, его женой, дружим, подумала, что…
– Да нет, – прервал он ее, – все нормально. Даже хорошо будет, если вы мне скажете, что он за человек. Я его плохо знаю. У нас в московском офисе нужен охранник, и я хотел ему предложить. Тоже вахтой. Но моему начальнику нужен человек надежный, – последнюю фразу Сергей сказал, вопросительно глядя Вере в глаза.
Глаза она отвела и слегка сжала губы. Видно, в душе ее шла борьба между честностью и желанием помочь подруге. Победила честность.
– Ох, боюсь, не подойдет он вам. В Твери склад охраняет. Много пьет. Они бы, наверное, уволили его, но там все пьют, поэтому тут шило на мыло менять. Хотя, лучше, конечно, чтоб он подальше от дома был.
– Почему? – спросил Сергей, пытаясь выразить удивление.
– Ну, понимаете, – она замялась. – Федька человек, вообще хороший…
Она помяла пальцы.
– Но? – Сергей прислушивался к ощущениям в виске.
– Но, когда пьет, это ужас. Надьку бьет так, что, – Вера перекрестилась. – Знаете, как говорят – бьет, значит, любит?
Сергей кивнул.
