— Ну да… Он, видимо, пахарь, который всего своим горбом добивается, да и мозгами — в отличие от твоих друзей…
— Но что в нём увидели — не знаю, — пожал плечами Сергей. — Тихий, его на курсе и не видно было.
— А в тебе что увидели? — Отец смотрел на сына.
— Что во мне?
— Сережа, в чем ты такой особенный, что считаешь себя лучше Игоря? — жестко произнес мужчина.
— В группе я был лучшим, — улыбнулся Сергей.
— Заносчивость из тебя не вся ушла, к сожалению. Ты учился лучше всех, но это не значит, что ты лучше Игоря как человек. Дурь из башки выкидывай, да побыстрее, а то тебе её в Балашихе выбьют моментально. Там, куда ты попадешь, все равны. Нет лучших, нет худших. Выдержишь всё, что тебе предстоит пройти за эти два месяца — станешь настоящим человеком… Думай, сын, думай! Что будет по окончании двух месяцев?
— Понятия не имею, — Сергей качнул головой. — Куратор сказал, об этом рано говорить.
— Ну что ж, заканчивай свои дела. Напиши девушке, постарайся объяснить, что пока писать не сможешь — без подробностей, конечно. В общем, придумай что-нибудь. Всё же тебя в Йемен готовят.
— Добрый ты… — усмехнулся Сергей.
— Всё будет хорошо! Я в тебя верю! — Мужчина поднялся из-за стола. — Пойду собираться, пора на работу.
— Отец, спасибо!
Сергей бродил по городу, раздумывая над своим туманным будущим. Выйдя на набережную, остановился напротив гостиницы «Россия».
«Тут я встретил Наташу. Это было совсем недавно, но как же давно это было», — вздохнул Сергей.
Медленно плывущий речной трамвайчик вызвал у него улыбку. Неожиданно Сергей поймал себя на мысли, что, гуляя, он прощается — но не с городом, не с улицами и набережными, ставшими дорогими его сердцу, о которых так увлечённо рассказывала Наташа, а с самим собой. С тем Сергеем, каким он был до встречи с Наташей и до получения распределения…
«Понять бы, что там впереди? Может, тот, кем мне предстоит стать, будет лучше меня нынешнего?» — Сергей вздохнул и направился по набережной в сторону Кремля.
Вернувшись домой, как примерный ученик, Сергей достал тетрадь в клетку, положил на стол, рядом разместил шариковую ручку и присел. Написав несколько первых строк, вырвал лист, скомкал и бросил на пол… Как просто написать письмо и как сложно это сделать, когда хочется сказать многое, но кажется — время ещё не пришло…
Сергей не заметил, как вернулся с работы отец, как открыл дверь в комнату и, прислонившись к косяку, улыбаясь, смотрел на сына. Очередной скомканный лист полетел на пол, где уже лежало несколько.
— Творишь? — тихо произнёс мужчина.
— Привет! — Сергей повернулся. — Хотел Наташе письмо написать, а не пишется… Мыслей много, слов ещё больше, а на бумагу не ложится… — вздохнул молодой человек и положил ручку.
— Ужином накормишь?
— Жареная картошка с селёдочкой устроит? — Сергей улыбаясь посмотрел на отца.
— Замечательно! Но к такой еде надо и ещё кое-что.
— Переодевайся, всё организую. — Сергей поднялся из-за стола.
Пока отец приводил себя в порядок после трудового дня, Сергей водрузил на стол сковороду с жареной картошкой, поставил селёдочницу с порезанной ломтиками рыбой, посыпанной кольцами лука, две рюмки и запотевший штоф с водкой.
Вошедший на кухню отец, осмотрев приготовления сына, хлопнул в ладоши и присел за стол.
— Серега, ты всё же продолжаешь меня удивлять. Слушай, а ведь мы с тобой никогда не выпивали. Сначала было рано — молод ты был, а потом вроде уже и поздно… А может, просто тогда ещё не пришло время? Чтобы мы вот так… — отец улыбнулся, глядя на сына.
Мужчины выпили по пятьдесят «для аппетита» и навалились на еду. Отец посматривал на сына и улыбался. Со вкусным ужином расправились быстро. Сергей налил две чашки кофе и поставил на стол. Отец, закурив, смотрел на сына.
— Так что там у тебя не получается?
— Письмо написать… Я ведь никогда не писал. Нас учили составлять протокольные письма, но это не подходит, сам понимаешь.
— А ты не думай, как писать, слушай сердце, — улыбнулся мужчина.
— Попробую… — вздохнул Сергей.
— Ты во сколько утром уедешь? — затягиваясь дымом сигареты, отец посмотрел на сына.
— Тебя на работу провожу и потихоньку выдвинусь.
Утром, проводив отца, Сергей подхватил спортивную сумку, закрыв дверь квартиры, вышел на улицу. На крыльце, подняв голову, посмотрел в небо, по которому бежали белые облака. «С отцом он увидится только через два долгих месяца. Еще совсем недавно он и представить не мог, что будет сожалеть об этом». Тряхнув головой, молодой человек отправился к метро. При входе в вестибюль, бросил письмо в почтовый ящик.
