— Ну тогда пусть приезжает… Давненько мы не слышали громких речей в наш адрес! — засмеялся Седой. — Хотя нам он нужен, чтобы попинал местных. Нам тут ещё месяца три работать, и хотелось бы полноценно подготовить роту спецназа, чтобы они могли противостоять любому противнику.
Седой совместно с кубинцами собрал весь офицерский состав учебного центра. Рассказал о планах строительства деревни как еще одного полигона для проведения занятий. На удивление, офицеры мозамбикской армии восприняли новость с энтузиазмом. Кубинцы сразу вызвались курировать строительство и выступать консультантами при организации обороны деревни… Это было сюрпризом от кубинских товарищей. Но, с другой стороны, они тоже прибыли обучать.
— Мы только немного подскажем, чтобы вы не отвлекались от подготовки к небольшим учениям, — Луис скромно улыбнулся, глядя на Седого.
— То есть ты ненавязчиво предлагаешь провести проверку на вновь созданном объекте?
— Я бы сказал по-другому: проверить, чему мы все научили это подразделение за два месяца, — произнес Луис. — Честно говоря, они пока сыроваты. Но полны решимости, а это уже дорогого стоит.
— Тогда не стоит предупреждать о нашем возможном визите, — улыбнулся Седой.
— Они всё равно будут вас ждать. Им ведь неизвестно, с какой целью вы и отделение сержанта остаётесь в учебном центре. Так что офицеры будут готовиться к вашей встрече, даже если мы им скажем, что у вас другая задача. Пережить позор второй раз они явно не хотят. И даже если они опять проиграют вам, а они проиграют, то сделают это, оказав сопротивление.
— Посмотрим, — улыбнулся Седой.
Парни готовились к проведению учений. Каждый день выезжали на проведение разведки. Изобретать ничего не стали — ездили в бухту купаться и, пользуясь близостью аэродрома и городка, вели наблюдение. На парней никто не обращал внимания. Советских военных специалистов в округе было предостаточно, и приезжающие на пару часов искупаться не вызывали интереса.
Продолжали готовить отделение сержанта: учили передвигаться по-пластунски, как когда-то учились сами на Кубе, исчезать, опадая как листва осенью, маскироваться в траве… Получалось не всё, но главное — бойцы горели желанием.
Вечерами собирались на веранде, планируя операцию, привлекая отделение сержанта. В первый вечер солдаты чувствовали себя неуютно. Пришлось объяснять, что все участники имеют голос и вправе высказывать даже невероятные предложения. Сначала солдаты только слушали, но уже на второй день начали высказываться и радовались, как дети, когда их хвалили после того, как выслушивали.
Солдаты мозамбикской армии вообще во многом напоминали детей. Видимо, сказывалось слабое образование: у некоторых было всего три-четыре класса, и это не только у рядовых. Некоторые офицеры тоже не могли похвастать хотя бы десятью классами. При должном подходе они впитывали любые знания, как губки, хотя и не всё получалось, особенно когда требовалось проведение расчетов. Иногда на занятиях парням приходилось объяснять, казалось бы, элементарные вещи, о которых солдаты даже не слышали.
Спустя четыре дня подготовки все собрались на веранде. Сидели за общим столом, пили замечательный кубинский кофе, приготовленный Марией.
— Работаем двумя группами. Первую поведу сам — наш городок, — Седой обвел взглядом всех присутствующих. — Второй командует Серж, на вас аэродром. Обе группы сводные: пятеро советских специалистов и пятеро курсантов. Хоть это и учения, но караулы стоят с боевыми патронами. Как себя поведут часовые в случае обнаружения диверсантов — неизвестно. Так что не расслабляемся и работаем по-взрослому. Задача первой группы — скрытно проникнуть на территорию городка и заминировать все значимые объекты. Задача второй группы — условное уничтожение всех базирующихся самолетов. Непосредственно на территории городка и аэродрома работают советские специалисты. Курсанты обеспечивают проникновение, прикрытие и отход. — Седой посмотрел на всех присутствующих.
— Когда выдвигаемся? Сколько времени на проведение диверсии? Куда отходим? — Сергей глотнул кофе.
— Выдвигаемся в час ночи. Начало операции — в три, на всё про всё — тридцать минут. Отходим самостоятельно в учебный центр.
— То есть совершаем марш… — Сергей посмотрел на командира.
— Верно, не помешает пробежаться. К семи утра на аэродром прибудет комиссия. Наше присутствие не требуется — старший советник имеет схему установки зарядов. Также во второй половине дня ожидается прибытие главного военного советника. Летит из столицы для встречи с нами. Так что все должны быть при параде, — Седой улыбнулся.
— Что, и шнурки гладить? — Игорь невинно смотрел на командира.
— Договоришься — и придется гладить…
— Так я ничего, так… интересуюсь… — пожал плечами Игорь, пряча улыбку.
— Если остались вопросы — задаем. — Седой осмотрел всех присутствующих. — Ну, а коли нет — расходимся, готовимся. Скоро начинаем.
