Впрочем, когда опасность была уже позади, Делвил опять сделался скуп на слова, однако больше не пытался избегать Сесилию. Напротив, когда она встала, чтобы уйти к себе, молодой человек выглядел явно разочарованным. Он, казалось, упорно желал поговорить с ней. Почуяв перемену, Сесилия опять пришла в волнение. Она давно мечтала выяснить его намерения, но, когда долгожданный миг приблизился, предчувствия притупили ее любопытство. У нее не осталось сомнений, что только какое-то жестокое препятствие мешает их союзу. Теперь главной ее задачей было собраться с мужеством, чтобы спокойно выслушать Делвила, но стоило молодому человеку появиться, как вся ее храбрость исчезала, и если она не могла задержать возле себя леди Онорию, то сама невольно уходила вслед за ней.
Прошло четыре или пять дней. Душевное состояние Делвила плохо отразилось на его здоровье. Он отказывался признать, что болен, но всякому было ясно, что его самочувствие оставляет желать лучшего. В это время в замок прибыли лорды Эрнольф и Дерфорд. Гости сразу отметили больной вид Делвила. Встревоженная Сесилия казнила себя за то, что избегала разговора, к которому молодой человек явно стремился, и не сомневалась, что способствовала его нездоровью. Как ни печальна была эта мысль, она помогла Сесилии решиться на неизбежное объяснение.
Люди, склонные к серьезным размышлениям, зачастую принимают решения слишком поздно. Так произошло и с Сесилией. В то утро, когда она сошла вниз с готовностью стойко встретить предполагаемый удар, Делвил в ответ на настойчивые расспросы матушки признался, что у него насморк и головная боль. Мистер Делвил, исступленно позвонив в колокольчик, велел слуге тотчас скакать за доктором Листером, семейным врачом, и без него не возвращаться. Миссис Делвил с тревогой вглядывалась в сына. Делвил пытался высмеять их опасения. Сесилия держалась хладнокровно. Страхи мистера и миссис Делвил казались ей столь преувеличенными, что ее собственное беспокойство благодаря этому скорее уменьшилось.
Вскоре приехал доктор Листер. Это был превосходный врач и здравомыслящий человек. Делвил, весело пожав ему руку, заметил:
– Полагаю, доктор Листер, вы вряд ли ожидали увидеть пациента, который вполне может без вас обойтись.
– С такой горячей рукой, как ваша? – возразил доктор. – Не вам учить меня ремеслу. Я прихожу к больному, чтобы самому выносить суждения, а не выслушивать их.
– Значит, он болен! – воскликнула миссис Делвил. – О, Мортимер, зачем ты нас обманывал!
– Что с ним? – спросил мистер Делвил. – Давайте вызовем подмогу. За кем нужно послать, доктор?
И он снова принялся звонить в колокольчик.
– Что, если человек не совсем здоров, значит, он умирает? – невозмутимо заметил доктор. – Нам никто не нужен. Надеюсь, я еще способен вылечить простуду, не созывая консилиум! Прошу вас, сэр, имейте терпение. Мы с мистером Мортимером побеседуем наедине.
И доктор отправился с Делвилом в его комнату.
Сесилия поднялась наверх и стала нетерпеливо ожидать известий; но прошло полчаса, все было тихо, и она снова спустилась в гостиную. Туда вскоре туда явились леди Онория и лорд Эрнольф. Ее милость, довольная тем, что что-то происходит, страстно желала поделиться новостями.
– Ну, милочка, – воскликнула она, – я знаю только, что этот странный недуг целиком ляжет на вашу совесть.
– На мою совесть? Почему же?
– Этот хилый цыпленок простудился на прошлой неделе в грозу и подхватил лихорадку.
– Прекрасный молодой человек, – заметил лорд Эрнольф. – Мне жаль, что он захворал.
Разговор был прерван появлением доктора Листера.
– Итак, сэр, – осведомилась леди Онория, – когда же меня призовут оплакивать кузена Мортимера?
– Очень скоро, – отвечал тот, – если вы о нем не позаботитесь. Он мне признался, что в прошлую среду попал под грозу, а потом весь вечер просидел в мокром платье. Это может повредить и более крепкому мужчине, чем мистер Делвил. Он же уверяет, что попросту
– А почему этого не может объяснить джентльмен? – воскликнула леди Онория.
– Не знаю, – сухо ответил доктор, – вероятно, по недостатку опыта.
Остаток дня прошел грустно. Впрочем, Сесилия нашла себе одно развлечение. У Делвила был любимый спаниель, всегда трусивший рядом, когда тот гулял или выезжал верхом. Теперь она взяла эту собаку, которую не пускали в дом, на свое попечение и почти весь день провела на воздухе главным образом для того, чтобы составить компанию псу.
На следующее утро Сесилия осталась дома, чтобы узнать мнение доктора Листера. Когда он появился в гостиной, она сидела с леди Онорией. Через несколько минут вошла миссис Делвил. Всем видом выражая материнскую обеспокоенность, она промолвила:
– Доктор, сразу скажите правду! Если существует хоть какая-то опасность, предупредите меня, чтобы я была готова!
– Полагаю, что никакой опасности нет. Надо победить лихорадку, а ежели насморк и кашель не пройдут, ему придется совершить небольшое путешествие в Бристоль[25].
– В Бристоль! О, значит…
