Степан Чэпмен
Сестра городов
Перевод hotgiraffe
Я сидел у стойки бара в Токио, пил кофе и смотрел телевизор. В холле гостиницы больше никого не было. Там я её и встретил.
Вспыхнула спичка. Я обернулся и увидел пламя спички и огонёк сигареты в одной из затемнённых кабинок. На красном пластиковом сиденье никого не было. Женская рука взмахнула спичкой над столиком и бросила её в хрустальную пепельницу. Женщины рядом с рукой не было. Спичка погасла, и рука пропала.
Я взял свою чашку и подошёл к кабинке. Спичка в пепельнице ещё дымилась. Я присел с другой стороны столика, и на сиденье напротив показались её очертания.
- По-моему, вас не видно, - заметил я.
- По-моему, вы схватываете очевидное прямо на лету, - рассмеялась она.
Ей не следовало так смеяться. Я попался в ловушку её смеха. Я влюбился. Я полюбил её тем вечером, и никогда больше её не видел. Смех и голос - моя слабость. Немного пьяный, в чужой стране, сопротивление сломлено. Не поможет никакая вакцина.
- Не то, чтобы я была невидимой от природы, - сказала она. - Я просто немного... воздушна.
- Будь у меня немного воздушных денег, - ответил я, - я купил бы вам выпить чего-нибудь воздушного.
Я попросил её показать своё лицо. Она зажгла вторую спичку, и в колеблющемся свете я на мгновение увидел её лицо, хрупкое и прекрасное. Её волосы были распущены, как у американки.
Мы разговорились. Вначале она не хотела называть себя. Она сказала, что проводит много времени в путешествиях. Я спросил, верит ли она в любовь с первого смеха. Она ответила, что я не в её вкусе.
- Вы тоже не в моём вкусе, - отметил я.
- Вполне возможно. Я - призрак.
- Призрак женщины.
- Вовсе нет. Вы так мало знаете. Я призрак города. Американцы все такие глупые.
- Но я тоже не люблю американцев!
- Мужчина моей мечты, - снова засмеялась она.
Время никуда не спешило. Её звали Нэма. Она только что вернулась из Америки. Я рассказывал ей о своей американской жизни. Потом она рассказала мне о своей юности, и о своих сёстрах, и о том, как они умерли.
Город по имени Нэма появился на острове Сикоку, на берегу залива Иё-Нада, в десятом веке по христианскому календарю. Через три поколения он породил дух места, так же как реки или леса порождают своих, природных духов. Нэма стала духом-хранителем этого сонного рыбачьего городка.
Мало кому известно, что духи городов любят путешествовать. Нэма предпочитала летние странствия. Она доходила пешком на север до самого Хоккайдо, принимая форму знатной девушки в бледно-зелёном кимоно. В периоды её отлучек город скучнел и затихал, лишённый своей души.
В своих путешествиях Нэма встречала духов других городов, больших и малых. С двумя из них она подружилась, и вскоре три девушки стали называть друг друга сёстрами. Сестёр Нэмы звали Хиросима и Нагасаки.
Из них троих Хиросима была старшей. Лицо её всегда оставалось спокойным, но она бывала страшна в гневе, если кто-то задевал её самолюбие. В волосах она носила нефритовые гребни. Временами ей нравилось помыкать Нэмой, но она также доверяла ей все свои секреты.
Нагасаки была самой красивой и рассудительной из сестёр, самой элегантной и обходительной. Её пальцы были унизаны серебряными кольцами.
Нэма была младшей сестрой, не слишком красивой, но умной. Нэму не волновали нефритовые гребни, серебряные перстни и шёлковые кимоно. До самой ночи просиживала она, уткнувшись носом в свиток со стихами, или что-то быстро черкая кисточкой на бумаге.
Сёстры частенько ссорились. Обычно Хиросима начинала браниться о чём-то с Нагасаки, потом Нэма вставала на сторону средней сестры, и целыми днями не разговаривала с Хиросимой. Заканчивались ссоры слезами и взаимными извинениями.
За много веков сёстры перенесли немало войн. Сначала это были воины с севера, позже - вторжение монголов. Потом настало 6 августа 1945 года. Япония воевала с бледнолицым народом, живущим на другой стороне земного шара.
Три сестры знали, что враг обладал летающими машинами, которые сеяли смерть среди ясного неба. Они потеряли многих жителей в воздушных налётах. Но они не могли и предположить, что их враг владеет магией, способной разжечь на земле жар солнца. И эта магия была абсолютно реальной.
- Звук, - сказала Нэма, затягиваясь. - Такого звука нет в природе. Будто гром, что подкрадывается незаметно, оглушает тебя, и быстро затихает вдали. Только они не стихали. Они гремели всё громче и громче, словно реактивные турбины подлетающего самолёта. Они гремят в моих ушах до сих пор.
Хиросима взревела от боли, свернулась в огненный шар, и бросилась в небеса. Нагасаки припала к выжженной земле, сжимая в объятиях обугленный, дымящийся труп сестры. Даже дух города способен умереть в муках, оставив за собой лишь труп.
