Сестра луны полностью

– Вперед, Бернардо! – скомандовал Менике шоферу, увидев, как еще один пограничник в фуражке с хохолком направился в сторону их нового приятеля, пока тот делал взмах рукой, разрешая им проезд. Они отъехали от границы километров на шесть. Вокруг до самого горизонта тянулись поля. Внезапно Бернардо резко свернул влево и съехал на обочину, остановившись прямо перед небольшим фермерским домиком. Он безвольно опустил голову на руль. Фернанда подхватилась со своего места и бросилась к брату.

– Бернардо говорит, что очень устал и ехать дальше не может. Нам придется заночевать здесь.

– Он заболел? – встревожился Менике.

– Нет. Но говорит, что уже слишком стар для подобных приключений, – ответила Фернанда.

– А где это мы? – спросила Лусия сонным голосом, усевшись на своем сидении и глянув в окно.

– Это домик нашего кузена, – пояснила ей Фернанда.

Все вышли из автобуса. Навстречу им показался полусонный мужчина среднего возраста в сопровождении жены и детей, высыпавших на крыльцо и с изумлением разглядывавших женщин в платьях фламенко. Бернардо коротко посвятил кузена во все перипетии их бегства из Испании. И очень скоро, несмотря на позднее время, вся компания была усажена за стол на заднем дворе фермы, и гостям была предложена скромная деревенская трапеза – свежий хлеб, сыр, оливки, недавно снятые с дерева.

– Шикарная у нас вечеринка получилась, хотя я понимаю, что никакая это не вечеринка, – пробормотала Лусия вслух, не обращаясь ни к кому конкретно. И сразу же закурила, пока остальные еще налегали на еду. Хозе тоже был необычно тих; вне всякого сомнения, все еще переживал утрату своих драгоценных песет.

После ужина артисты устроились на одеялах прямо под открытым небом вокруг небольшого костра. Лусия лежала в объятиях Менике и глядела на огромные яркие звезды, которыми было усыпано ночное небо над ними.

– Здесь, в этой тишине и покое, с трудом верится, что все, что случилось в Мадриде минувшей ночью, это не дурной сон, а правда, – вздохнула она. – Все вокруг дышит таким спокойствием.

– Что ж, остается лишь молиться, чтобы Господь помог нам вернуться когда-нибудь к себе на родину.

– А если не получится, то можно, в конце концов, поселиться здесь, на ферме, вместе с родственниками Фернанды. Буду убирать оливы и танцевать. Как-нибудь приспособимся, я думаю. В конце концов, добрались же мы сюда.

– Добрались, – подтвердил Менике кивком головы.

– Только вот Чилли нет с нами. – Лусия больно прикусила губу. – Увидимся ли мы с ним снова?

– Вот этого тебе никто не сможет сказать наверняка. Нам остается лишь молиться за них с Розальбой.

– А что будет с Испанией? Как думаешь, Менике?

– Одному богу известно, pequena.

– Вдруг эти беспорядки охватят всю страну? Если такое случится, то мне надо будет подумать, как вывезти оттуда маму и братьев. Я не могу оставить их там, посреди этого хаоса.

– Давай подумаем об этом завтра, ладно? На сегодня у нас и без того хватило проблем. – Менике ласково погладил Лусию по голове и поцеловал в макушку. – Buenas noches, Лусия.

На следующий день они прибыли в Лиссабон, грязные и смертельно уставшие от длинной и изнурительной дороги.

– Нам нужно где-то остановиться и привести себя в порядок. Я не могу отправиться на встречу с сеньором Геральдо такой грязной и вонючей, словно свинья какая-то, – заявила Лусия. – Какой отель в Лиссабоне считается лучшим? – повернулась она к Бернардо, который оказался настоящим кладезем знаний во всем том, что касается Португалии. Что и неудивительно, ведь его мать была португалкой.

– «Дворец Авенида», – ответил тот, не раздумывая.

– Вот там мы и остановимся.

– Но у нас нет денег, Лусия, – напомнил ей Хозе.

– Именно поэтому я должна привести себя в порядок, чтобы предстать перед человеком, который пригласил нас сюда, в должном виде. И тогда он наверняка выдаст нам какой-то аванс в счет наших будущих заработков.

Хозе только сверкнул глазами в ответ, а уже минут через десять их автобус остановился возле величественного здания отеля с роскошным парадным входом, который охраняли два швейцара в нарядных ливреях красного цвета.

– Посидите пока здесь, а я пойду, узнаю, что и как. – Лусия вышла из автобуса, Менике поспешил за нею. Она величаво проплыла мимо швейцаров и вошла в вестибюль с мраморным полом, направившись прямиком к стойке администратора.

– Меня зовут Лусия Альбейсин, – объявила она с ходу ошарашенной администраторше. – Меня вместе с моей труппой пригласили выступать в вашем театре «Тринидад». Нам нужны номера.

Женщина молча окинула взглядом уличную оборванку, облаченную в грязное платье фламенко, и немедленно обратилась за помощью к управляющему.

– У нас возле стойки возникли какие-то цыгане, – сообщила она ему вполголоса.

Управляющий сразу же подошел к Лусии, уже заранее настроившись на неприятный разговор, глянул на нее и тут же расплылся в приветливой улыбке.

– Лусия Альбейсин, я полагаю?

– Si, сеньор. Какое счастье, что хоть кто-то узнает меня в этой благословенной стране.