Сестра луны полностью

Она швырнула мне на руки охапку мягкой ткани и проводила в небольшую гардеробную. Там я сняла с себя свое платье и облачилась в наряд фламенко. После чего вышла к Марселле, чтобы та помогла мне справиться с многочисленными пуговичками на спине. Разгладила руками юбку, слегка поправила глубокое V-образное декольте.

– А сейчас взгляни на себя в зеркало, Тигги. – Марселла развернула меня лицом к зеркалу.

Я с удивлением обозрела женщину, которая глядела на меня из зеркала. Какая-то совершенно новая Тигги из зазеркалья, смуглая, успевшая загореть под горячим испанским солнцем, глаза блестят, платье удачно подчеркивает мою тонкую талию и нежную, гладкую кожу в области декольте.

– Linda! – воскликнула Марселла. – Прекрасно! А теперь тебе еще нужны туфельки. Ангелина приготовила их для тебя. Я поначалу сильно сомневалась, что ты сможешь втиснуть в них ноги, но, увидев, какие у тебя крохотные ножки, поняла, что они будут в самый раз. – Она протянула мне пару туфель из красной кожи с тонкой перепонкой спереди, застегивающейся на пряжку. Устойчивый, прямой, так называемый «кубинский каблук» высотой не более пяти сантиметров. Но поскольку я привыкла к обуви вообще без каблуков, то такой высоты мне было более чем достаточно. Я взяла туфельки из рук Марселлы и принялась примерять их, почувствовав себя в этот момент самой настоящей Золушкой. Туфли подошли мне просто идеально, от возбуждения я даже почувствовала легкое покалывание в области шеи.

– Марселла, а чьи это туфельки?

– Как чьи? Твоей бабушки Лусии, само собой, – ответила она.

В девять часов вечера мы с Марселлой направились к одной из больших пещер, расположенных внизу. Пожалуй, я легко бы нашла туда дорогу и без помощи Марселлы, потому что музыка уже гремела по всему Сакромонте. Даже сам воздух вибрировал в такт зажигательным ритмам. Перед входом в пещеру, где уже было полно народа, я лишний раз пригладила свои волосы. Марселла обильно смазала мои локоны маслом, чтобы сделать их послушными, а потом приладила один локон прямо по центру лба, точь-в-точь, как на тех фотографиях Лусии, которые мне доводилось видеть.

При моем появлении народ радостно зашумел, раздались приветственные крики и аплодисменты. Сияющие от счастья Ангелина и Пепе, тоже облаченные в костюмы фламенко, потащили меня по кругу знакомить с родней. Все собравшиеся тоже были одеты в национальные костюмы.

– Эризо, это внучка кузины твоей матери. Ее зовут Пилар. А это – Висенте и Гаэл… Камилла… Луис…

От обилия новых лиц и имен у меня голова пошла кругом. Я безропотно позволяла вести себя в этой толпе, поражаясь тому, как тепло и сердечно меня обнимают и целуют все эти незнакомые люди. Вот Висенте, а может, и Гаэл, подал мне бокал с белым вином мансанилья, а я краешком глаза увидела, как Пепе устраивается на стуле в дальнем конце пещеры с гитарой на коленях, рядом с каким-то мужчиной, который уселся на обычный ящик.

– Emprezamos! – крикнул он, обращаясь к собравшимся. – Начинаем!

– Ole! – с воодушевлением прокричал в ответ народ, и вот уже две молоденькие танцовщицы выплыли в центр площадки. Они стали танцевать chufla bulerias – «простой танец», как охарактеризовала его Ангелина. Но, наблюдая за тем, как ловко работают обе девушки ножками, все более и более ускоряя ритм своих телодвижений, как красиво они манипулируют своими разноцветными юбками, наполняя всю пещеру вокруг пиршеством ярких красок, как синхронно вскидывают вверх они свои подбородки, я не могла не восхититься их мастерством.

А ведь я тоже часть этой культуры, цыганка плоть от плоти и чувствую себя таковой не только в силу кровного родства, но и духовной общности. А потому, когда ко мне подошел какой-то молодой человек и подал руку, приглашая на танец, я не стала сопротивляться. Напротив! Расслабившись всем телом, я с наслаждением подчинилась ритму гитары Пепе, ведомая каким-то духом внутри себя, которого все местные называют duende.

Не знаю, как долго я танцевала. Казалось, туфельки Лусии сами несли меня в пляс, и я танцевала самозабвенно, не задумываясь над тем, что со стороны могу показаться смешной или нелепой, старательно повторяла все движения своего партнера, лихо отбивая чечетку на старой танцевальной площадке, оборудованной в пещере, вместе со всеми своими новоявленными родственниками, окружившими меня со всех сторон. Пол вибрировал под нашими ногами, потому что все, и мужчины, и женщины, и дети, танцевали с истинным наслаждением, всецело отдаваясь музыке.

– Ole! – время от времени подбадривал танцоров Пепе.

– Ole! – кричала я в ответ вместе с остальными. Потом отпустила своего партнера, чтобы тот принес мне воды.

– Тигги!

Я почувствовала чью-то твердую руку на своем плече. Наверняка выпитое вино ударило мне в голову, тут же подумала я. Да еще от всех этих вращений голова пошла кругом. Однако я повернулась на голос, который показался мне очень знакомым, прямо как у Чарли Киннаирда.