- Ваше высочество, я только хотел осведомиться, примете ли вы участие в сегодняшнем голосовании?
- Разумеется, милорд, разумеется… Неужели вы думали, что смерть может остановить меня и помешать исполнить свой долг? - впрочем, настоящей принцессе смерть помешать сумела. Неторопливо вернулась к дивану и грациозно присела.
Серебро одеяний легло на алую обивку завораживающей волной.
- Тогда позвольте откланяться, - наблюдая за моими перемещениями, промолвил регент. Стиснул посох так, что костяшки чуть опухших пальцев побелели.
- Ах, что же случится, если я не позволю?… - еле слышно прошелестела я, вновь улыбаясь. Вовсе не приятно. - Идите, милорд, занимайтесь своими делами. И не забудьте проследить, чтоб выделенные мне стражи заняли отведенные места.
Узкое лицо регента скривилось в недовольной гримасе. Еще бы, использовать лорда, обладающего всей полнотой власти, в качестве посыльного, да и снисходительно отсылать его, пренебрегая его положением, очень унизительно. И опасно. Потому что провоцирует на ответные, не менее неприятные действия. Но сейчас спорить он не стал. Просто резко развернулся, и вышел, хлопнув дверью.
На миг прикрыла глаза, откинувшись на спинку. Короткую медитацию прервали хлопки.
Это принц Леран, выразительно улыбаясь, одарил меня аплодисментами:
- Браво, браво… сестра. Заводить врагов вы умеете с той же легкостью, как и озадачивать присутствующих делами.
- Вы еще здесь, брат мой? У вас тоже есть ко мне какое-то дело? Или помочь вам найти его?
- Отнюдь. Единственное, о чем бы хотел сказать, так это о том, что пожелай я вашей смерти, настолько легко вы не отделались.
Я чуточку расширила глаза.
- Это угроза, обещание или предупреждение, мой дорогой?
Поднявшись, принц прошелся по гостиной, обогнул стол и присел у моих ног. Со стороны это казалось просто проявлением братских чувств, но взглянув в глаза собеседника, в холодные, мертвые, ненавидящие весь мир глаза… Понимаю, что как бы не хотел он это скрыть, Леран не птичка, присевшая на руку за зернами, а ядовитая змея, затаившая угрозу.
- Мы стоим друг друга, принцесса. И это просто констатация факта. Я сильнее.
Все так же улыбаюсь, когда он берет мои руки в свои, и крепко, до боли, сжимает.
От моих пальцев тут же волной начинает расходиться холод, пробираясь до костей.
Принц отдергивает руки.
- Сильнее кого? - мечтательно прищурившись, почти пою я, - возможно, но не стоит столь часто испытывать терпение судьбы…
- Я рад, что и вы это понимаете. Так на чьей же стороне вы выступите сегодня?
Ведь у вас не осталось союзников…
- На стороне победителя. Кто бы он ни был.
Некромант резко отшатнулся, более не пытаясь заглянуть под мою маску. Встал, поводя плечами, и прошипел:
- Ну что ж-же, тогда до вс-стречи в Зеркальном зале, дорогая сестра.
- И пусть победит сильнейший… из вас.
Закрываю глаза, не желая ни видеть, ни слышать, ни чувствовать окружающего мира.
Как это тяжело… осознавать собственную беспомощность. Знать, что ничем не можешь помочь тому, кому искренне желаешь добра. Знать, что, несмотря ни на что, надо двигаться вперед, одну за другой преодолевая преграды, лавируя среди туманных островков загадок, вслед за судьбой по узкой тропе, оставляя за собой дни и годы, воспоминания и людей.
Душа медленно корчится от ненависти и ярости под несколькими слоями маскировки.
Оказывается, я еще могу ощущать себя разделенной надвое. Осознавать это, погружаясь в калейдоскоп калек, масок и осколков чужих личин. Та, снаружи, медленно и грациозно выполняет все положенные принцессе действия, маскируя сбившееся в тяжелый ком сознание спокойствием, холодностью, высокомерием. И церемониальный наряд из тяжелого синего атласа, и высокая прическа, и нанесенный умелыми, но нервными руками, макияж представляют собой лишь дополнительные щиты.
Защита столь же ненадежная, как и кинжалы, спрятанные в пышных рукавах…
Тело, в которое не спешила возвращаться душа Грея, лежало в одной из малых спален на белом покрывале, сокрытое туманным пологом. Ни шевеления, ни дыхания, ни жизни под ним не ощущалось. Провела рукой, ощущая слабое покалывание в ладони.
Тишина и покой… стазис…
Я ничего не могу сделать… только ждать. Хотя…
Несколько мгновений разглядывала лишенное какого-либо выражения лицо, сохраняя абсолютную внешнюю невозмутимость, затем медленно перевела взгляд на неуверенно замершего у дверей паренька. Совсем молодой, темноволосый, кареглазый помощник целителя… страх буквально струится из его глаз, животный, искренний, чистый.
Вздернула вопросительно бровь, любуясь попыткой перепуганного юноши совладать с собственным голосом. Наверное, все время, проведенное у изголовья ложа, он в красках представлял, что с ним сделают, если он не справится с заданием…
