Бучинский резко обернулся. Перед ним был давний знакомец шляхтич Нарочинский. Этого пана давно лишили шляхетства за подлое убийство – заколол своего соседа кинжалом в спину. Затем он долго прятался от королевского правосудия среди казаков, пока и те его не изгнали за склочный характер. И вот он здесь – в войске самозванца.
– Пан Нарочинский?
– Я, пан Бучинский.
– Давно не виделись.
– Давно, пан Бучинский. Слыхал я про твои успехи. Большим человеком стал.
– Государь отметил меня своими милостями. А ты, пан Нарочинский, в каком отряде?
– Я?
– Но ты ведь в войске царевича Димитрия?
– Я не вступил пока в отряд, пан Велимир. Хотя недавно был среди людей пана Демецкого. Вот того самого, что сейчас пьет за здоровье пана Нильского.
– Пан был у Демецкого? Но я ничего не знаю про то. Я сам отбирал его людей.
– Пан Велимир, к отряду Демецкого присоединились еще человек десять, про которых пан ничего не знает.
Нарочинский без спроса налил себе вина из кувшина, что слуга принес для Бучинского. Тот поморщился от такой наглости, но ничего не сказал. Очевидно, Нарочинский подсел к нему не просто так.
– Я, пан Велимир, кое-что услышал про тебя и про некую панну.
– О ком говорит, пан?
– О панне Елене. Она обреталась в Самборском замке воеводы Мнишека. Или я не прав?
– А какое дело пану до моих дел? – с угрозой спросил Бучинский. – Пан, очевидно, позабыл про остроту моего клинка? Так я могу про то пану напомнить.
– Не угрожай мне, пан Велимир! Не надо! Я пришел с миром.
– Но я не звал пана к себе.
– И что с того? Я пришел к пану с новостями, которые пан захочет услышать. Это новости про панну Елену и пана Нильского. Про того самого шляхтича, за которого пьют за столом Демецкого.
– Я хорошо знаю кто такой пан Нильский. Мне не нужно повторять, кто он.
– А пан знает, где Нильский находится сейчас? – спросил Нарочинский.
– Мне нет до того никакого дела!
– Вот как? Но разве пану больше не нравится панна Елена?
– Елена?
– Ныне панна Елена находиться в постели шляхтича Яна Нильского.
Бучинский схватил Нарочинского за ворот кунтуша и притянул к себе:
– Что ты сказал?
– Правду, пан Велимир. А ты отпусти меня. Она ведь не в моей постели, а в постели Нильского. А правильно будет сказать, не она в его постели, а он в её.
Бучинский отпустил ворот.
– Говори, – приказал он.
– Зачем? – насмешливо спросил Нарочинский. – Разве пану сие интересно?
– Пусть пан не испытывает моего терпения. Говори. Ты ведь пришел за этим? Желаешь нагреть руки на своей новости?
– Желаю. Я точно знаю, что панна Елена уже не раз одарила шляхтича Нильского своей любовью. А тебе она лишь обещала себя после победы? Пан слишком наивен!
– Говори дело! – зарычал Бучинский.
– Я уже сказал. Пан Нильский проник в город самостоятельно и быстро отыскал панну, и они стали неплохо проводить время вместе.
– Как мне узнать, что пан не лжет?
– Моего слова пану будет недостаточно. Так пусть пан просто увидит панну Елену и посмотрит ей в глаза.
– Змея, – прошипел Бучинский. – Она играет со мной. Ты видел Нильского в отряде пана Демецкого?
– Я был рядом с ним.
– Демецкий стал с ним дружен?
– Да. Они много времени проводили в разговорах. И я один такой разговор смог подслушать. Они говорили о тебе, пан Велимир.
– Обо мне?
– Демецкий сообщил Нильскому о твоей ненависти.
– Пан Нильский и сам про сие знает. Это для него не новость. Пусть бог даст мне возможность отомстить! Эти двое сильно пожалеют о своем коварстве. Они в постели смеялись надо мной!
Нарочинский понял, что пришел по адресу. Из этой ненависти можно извлечь свою выгоду.
– Так пан даст мне поручение? – спросил он у Бучинского.
– Поручение?
– Да. Ведь пану нужны будут свои глаза и уши.
– Пан Нарочинский думает, что у меня их нет?
– Таких нет. Только я сумел узнать все, что интересует пана Велимира.
– Чего ты хочешь взамен?
– Золото и место в свите принца Димитрия Ивановича.
– Пан желает вступить в мой отряд?
– Пан Велимир меня не понял. Я не желаю в отряд. Я не слишком люблю рисковать жизнью и геройствовать, мой пан.
– А что пан желает?
– Состоять в свите Димитрия Ивановича.
– Кем? Пан желает стать князем?
– Нет, пан Велимир. Так высоко я не мечу. Простым дворянином.
– Разве можно быть простым в свите будущего царя, пан Нарочинский? У царей и королей даже слуги из дворян.
– Я и хочу быть слугой царя, пан Бучинский. Я шляхтич.
– Пусть пан не говорит про свое шляхетство. Пана давно лишили его. И пан долго прятался среди казаков, и ныне не имеет права на звание шляхтича.
Нарочинский не смутился его словам и ответил:
– Это в Речи Посполитой, пан Велимир. Но мы идем на Москву. В пределах этого государства скоро будет властен царь Димитрий. И он своей волей может даровать мне шляхетство. Ежели пан Велимир ему сие подскажет.
– За это пану нужно будет кое-что сделать.
– Я готов, Пан Бучинский…
***
Чернигов: измена
Октябрь 1604 года.
На третью ночь пребывания Димитрия в крепости Чернигов случилась беда. В ночном питье для царевича оказался яд. Это была Сонная одурь или Белладонна, как назвал сие иезуитский священник, знающий в медицине.
