– Надеюсь, небеса все же будут милостивы к нам и не разверзнутся над нашими головами в тот самый момент, когда мы начнем восхождение. Надо же! Столько дней держалась хорошая сухая погода, а тут… Только дождя нам сегодня и не хватало.
– Зато тепло уже с самого утра.
– Это еще ничего не значит. Папа не раз говорил о том, как резко может понижаться температура по мере того, как поднимаешься вверх. Он-то за свою жизнь побывал практически на всех вершинах в окрестных местах.
– Если погода испортится, надо найти какой-нибудь навес, где можно будет припарковать машину. Я ведь клятвенно заверил Феликса, что верну ему его машину без единой царапины. Не могу позволить, чтобы ее сверху стало поливать дождем.
Местный фермер охотно согласился пристроить на время «роллс-ройс» Арчи. Тот лишь сверкнул глазами при виде сбежавшейся хозяйской ребятни, сгорающей от нетерпения рассмотреть автомобиль поближе. Не говоря уже о фермерских курах, которые тоже тотчас же вознамерились забраться в кабину.
– Папа рассказывал, что восхождение на эту вершину заняло у него около четырех часов, – сказала Флора, когда они двинулись в путь, ступая по густой колючей траве.
– Ваш отец – опытный альпинист. Думаю, у нас подъем займет гораздо больше времени. – Арчи извлек из вещмешка карту и стал внимательно разглядывать ее. – Мой хозяин посоветовал нам хороший маршрут. Подниматься вот по этой тропе. – Он подхватил какой-то сучок и прямо на пыльной грязной земле начертал их будущий путь. – Нам надо держать курс на юг по направлению к Эск-Хаус, а потом свернуть в сторону Брод-Крэг-Кол.
Арчи двинулся первым, не выпуская карту из рук.
– А что это там за крохотные белые точки виднеются высоко в горах? – спросил он у Флоры.
– Это овцы. Они, кстати, оставляют помет прямо под ногами, там, где пасутся.
– Если сильно устанем, то, может, подцепим какую овцу, чтобы она нас подвезла хоть немного. До чего полезное животное, однако. И мясо прекрасное дает к нашему столу, и тела наши согревает своей шерстью.
– Мне отвратителен даже сам вкус баранины, тем более молодого ягненка, – ответила Флора. – Я уже решила, что когда стану самостоятельной хозяйкой, то никогда в своем доме не буду готовить мясо.
– Неужели? А что же вы тогда станете подавать к столу?
– Как что? Овощи и рыбу, конечно.
– Знаете, я пока не вполне уверен в том, что мне захочется отобедать в вашем будущем доме.
– Как знаете! – отрезала Флора и, обогнав Арчи, зашагала впереди.
Первые два часа восхождения оказались несложными. Склоны были еще покатые, время от времени им попадались горные ручейки, несущие свои воды в долину. И тогда они давали себе короткую передышку. Сложив ладони чашечкой, пили свежую воду, пахнущую весной, а потом еще и споласкивали свои разгоряченные от ходьбы лица. Пока они поднимались вверх исхоженными тропами, по которым до них уже прошагали многие другие покорители вершин. И всю дорогу вели неспешные разговоры обо всем на свете, начиная от любимых книг и кончая любимыми музыкальными произведениями. Но вот тропа стала круче, и разговор прекратился сам собой. Каждый берег дыхание, чтобы вскарабкаться выше, преодолев очередное нагромождение камней, которыми были буквально усыпаны все склоны горы.
– Думаю, две трети пути уже позади, – обронил Арчи, остановившись возле одного валуна и задрав голову вверх, чтобы оценить, сколько еще осталось. – Вперед! Сейчас будем штурмовать вон тот откос, что прямо над нами.
Где-то через час с небольшим они наконец достигли вершины. Тяжело дыша от напряжения, они замерли, стоя рядом и, судя по всему, потрясенные собственным достижением. Флора медленно обошла вершину, разглядывая величественную в своей красоте панораму, раскинувшуюся внизу.
– Минувшей ночью я вычитал в одной книге, что в ясный погожий день отсюда можно увидеть Шотландию, Уэллс, Ирландию и даже разглядеть остров Мэн, – сказал Арчи, неожиданно возникнув у Флоры за спиной. – Какая досада, что рядом нет фотографа, который мог бы запечатлеть нам на память этот незабываемый момент. Хотите, я помогу вам взобраться вон на ту пирамиду, которая обозначает вершину горы?
– Спасибо, хочу.
Арчи взял Флору за руку и помог ей сохранять равновесие, пока она карабкалась по огромной груде камней вверх. Но вот она поднялась на самую макушку, и тогда он отпустил свою руку. А Флора раскинула руки в разные стороны и, задрав голову к небу, воскликнула, глядя в эту синеву:
– У меня такое чувство, будто я сейчас стою на самой макушке всей земли!
– Во всяком случае, вы сейчас стоите на самой высокой точке во всей Англии, – рассмеялся в ответ Арчи и снова протянул к ней руки, чтобы помочь спуститься вниз. Потом бережно взял ее за талию и поставил на землю. И на какую-то секунду задержал в кольце своих рук, глянув на Флору в упор. – Готов поклясться чем угодно, Флора, но объявляю это во всеуслышание: вы необыкновенно хороши собой, когда счастливы.
Флора почувствовала, как краска снова ударила ей в лицо, но в эту минуту их вдруг внезапно накрыло туманом, сразу же почти полностью исчезла видимость.
