— Все будет хорошо, милая. — Берит ласково погладила дочь по пушистым волосам и крепко обняла на прощание. — Не успеешь оглянуться, как год пролетит и ты снова будешь дома. Не забывай молиться, отходя ко сну. По воскресеньям обязательно ходи в церковь. И хорошенько расчесывай волосы.
— Мама, прекрати свои наставления, пожалуйста. Иначе Анна никогда отсюда не уедет, — натянуто бросил Кнут и тоже обнял сестру. — Повеселись там на полную катушку, ладно? — прошептал он ей на ухо и смахнул слезы с ее лица.
Отец запряг повозку, и они поехали в городок под названием Драммен, до которого почти день пути. Там Анна сядет на поезд, и дальше они поедут уже вместе с пастором Эрслевом. На ночлег отец с дочерью остановились в скромной гостинице, при которой была и конюшня, туда они определили на постой свою лошадь. Снова поднялись засветло, чтобы успеть к поезду на Христианию. Но на вокзал приехали намного раньше.
Пастор Эрслев уже поджидал их на платформе, запруженной пассажирами. Наконец поезд, пыхтя и извергая шипящие клубы пара, шумно въехал на платформу. Очень впечатляющее зрелище! Но вот раздался скрежет тормозов, поезд замер на перроне, и пассажиры заторопились к своим вагонам. Андерс взял увесистый вещевой мешок дочери, и они проследовали за пастором в свой вагон.
— Папочка, я очень боюсь, — прошептала Анна отцу.
— Девочка моя, ты же знаешь. Если тебе там будет плохо, ты всегда можешь вернуться домой, — поспешил успокоить ее отец и ласково погладил по щеке. — А сейчас пойдем, я усажу тебя на твое место.
Они поднялись по ступеньками вагона и пошли по узкому проходу, отыскивая места. Не успел Андерс уложить вализу с вещами Анны на металлическую полку сверху, как раздался свисток проводника, всех провожающих просили немедленно покинуть вагон. Отец торопливо поцеловал Анну на прощание.
— Не забывай регулярно писать Ларсу, чтобы все мы были в курсе твоих новостей. И помни, какая высокая честь тебе оказана. Покажи этим городским, что мы, деревенский люд, тоже знаем, как вести себя в приличном обществе.
— Постараюсь, папочка. Обещаю.
— Вот и умница. Увидимся на Рождество. Благослови тебя Господь, и храни Он тебя от всего дурного. До свидания, девочка моя.
— Не волнуйтесь, доставлю вашу дочь в столицу в целости и сохранности и передам ее из рук в руки герру Байеру, — заверил Андерса пастор Эрслев, на прощание пожимая ему руку.
Анна с трудом удержалась, чтобы не расплакаться при виде отца, покидающего вагон. Он вышел на платформу и пошел рядом с вагоном, махая вслед рукой. Но через какое-то мгновение лицо отца исчезло в клубах дыма и пара.
Пастор Эрслев тотчас же открыл свой молитвенник, а Анна занялась тем, что стала украдкой разглядывать остальных пассажиров вагона. И вскоре поняла, что она сильно выделяется в своем традиционном национальном костюме. Все мужчины и женщины были одеты по-городскому. На их фоне Анна снова почувствовала себя деревенской девчонкой, какой и была на самом деле. Она сунула руку в карман своей юбки и извлекла оттуда письмо Ларса, которое тот вручил ей вчера, когда зашел попрощаться. Он взял с нее слово, что она прочитает его письмо, когда уже будет в пути. Анна нарочито медленно вскрыла конверт. Пусть все видят, что она хоть и деревенская, но умеет
Слова, написанные мелким бисерным почерком Ларса, зарябили перед глазами, но Анна решила не отступать и стала напряженно вчитываться в каждое слово.
