– Наверное, мне просто не понять все бремя ответственности, которое сваливается на плечи старшего сына богатого человека. Я часто размышлял над тем, каким благом и поистине подарком судьбы стало для меня появление на свет вторым. Всего лишь два часа разницы, а как они повлияли на всю мою дальнейшую жизнь. Я счастлив, что наследственная корона семейства Мерсер досталась именно ему. Что же до меня, то, надеюсь, ты уже успела понять, что я для семьи отрезанный ломоть, так сказать. Совершенно не приспособлен для жизни в цивилизованном обществе. В отличие от Эндрю… Который всегда был и остается стойкой опорой, поистине столпом этого общества.
– Да. Он действительно хороший муж, любящий отец. Мне грех жаловаться. Я всем довольна.
– А вот мне лично есть на что жаловаться. – Драммонд неожиданно громко стукнул стаканом по столу. – Я ведь в свое время просил тебя повременить с ответом Эндрю. Подождать, пока я вернусь из Европы. И уже потом решать, говорить ли ему «да». А ты меня не послушала.
Китти в немом изумлении уставилась на деверя, пораженная до глубины души его самолюбованием.
– Неужели я должна была поверить, что ты тогда говорил серьезно? Ведь ты же уехал, больше не обронив ни слова.
– А как? Я был уже в море, когда мой брат сделал тебе предложение. И что прикажешь делать мне? Отправлять ему телеграмму с выражением своего негодования по поводу того, что его невеста не послушалась меня? Так?
– Драммонд, в ту ночь ты был так же пьян, как и сейчас.
– Пьяный или трезвый, какая разница? Ты же прекрасно
– Ничего я не знала! Все! Хватит с меня этих пустых разговоров! – Китти поднялась со стула. Ее трясло от негодования. – Не желаю больше слушать все эти бредни. Я – жена Эндрю. У нас ребенок, у нас своя жизнь. И на этом точка.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь дождем, продолжавшим барабанить по крыше дома.
– Прошу простить меня, Китти. Я действительно устал с дороги. Долгий был путь… Да и отвык я от цивилизованного общества. Пожалуй, пойду-ка я лучше почивать.
– Да, пожалуй, так будет лучше.
Драммонд тоже поднялся из-за стола, слегка пошатываясь.
– Спокойной ночи, – попрощался он, направляясь к дверям, но уже на пороге вдруг остановился и снова развернулся к Китти лицом: – А знаешь, тот новогодний поцелуй… Я его запомнил на всю жизнь. А ты?
С этими словами он закрыл за собой дверь.
Китти почти не спала. Слова Драммонда снова и снова всплывали в ее воспаленном сознании, кружили, словно мухи над мертвой тушей.
– Пожалуйста, забудь все, что я вчера наболтал тебе с дороги, да еще изрядно охмелев, – повинился он за завтраком. Потом подхватил на руки Чарли, подбросил его высоко в воздух, поймал на лету смеющегося ребенка и усадил на свои могучие плечи, спустив его крепенькие ножки себе на грудь.
– Итак, мой дорогой племянничек, мы, мужчины, должны впредь держаться вместе. Покажи-ка мне для начала, что в этом городе можно посмотреть.
Вскоре они оба исчезли за воротами дома и отсутствовали так долго, что Китти уже стала волноваться, куда они запропастились. Но наконец дядя и племянник вернулись домой.
– Чарли показал мне ваш город, – объявил Драммонд с порога, усаживая малыша к себе на колени. Китти глянула на мордашку сына, перепачканную шоколадом, мороженым и еще бог знает чем.
– Да, мамочка! Я показал ему все-все-все! А все наши знакомые принимали его за моего папу. Он ведь так похож на него! – В слове «похож» опять пропала половина гласных звуков.
Китти терпеливо поправила сына:
– Да, он действительно
– Кое-кого из прохожих мы с тобой надурили, да, Чарли? – весело рассмеялся Драммонд и принялся протирать салфеткой личико ребенка.
– Да, дядя Драм, – с готовностью согласился с ним Чарли.
– Вполне возможно, на нас уже в ближайшие дни обрушится поток посетителей в лице ваших ближайших соседей, которых мы с Чарли вольно или невольно ввели в заблуждение. Наверняка ведь они подумали, что твой муж уже вернулся домой после путешествия. Лично я с нетерпением буду ждать этих встреч. – Драммонд весело подмигнул Китти.
Что правда, то правда. Буквально на следующий день к порогу их дома устремилась вереница визитеров. И всякий раз Драммонд был безупречен. Вел себя как самый настоящий радушный хозяин, но при этом держался свободнее и раскованнее, чем его брат, весело подшучивал над гостями, по ошибке принявшими его за Эндрю. Словом, он в два счета очаровал всех посетителей. Результат не заставил себя ждать. На их почтовый ящик обрушилась лавина приглашений от друзей и знакомых отужинать в их доме.
– Вот и еще одно приглашение, – огласила Китти, вскрывая очередной конверт. – На сей раз нас приглашают сами Джеффорды. Право же, Драммонд, нам стоит отказать им всем.
– С какой такой стати? Разве я не прихожусь тебе родней? В конце концов, я – дядя Чарли и сын своего отца. И разве мой брат-близнец не пригласил меня сюда? Ведь он очень просил, чтобы я непременно приехал в Брум.
