Сестра жемчуга полностью

– То есть ты ничего не помнишь из того, что тебе снится?

– Некоторые сны помню, другие – нет. Ну, все! Я готова! – Я сунула кошелек с деньгами в карман шортов. – Вперед! Держим курс на Хермансберг.

Когда мы выехали за город и помчались на полной скорости по широкой прямой автостраде, окаймленной с двух сторон красной землей, солнце уже стояло высоко и прожигало насквозь капот нашей крохотной машинки, похожей на консервную банку. Я даже забеспокоилась, сможет ли она выдержать и не взорваться от такого температурного натиска.

– Что это за горы? – спросила я у Крисси, махнув в сторону зубчатой гряды, виднеющейся на горизонте.

– Горная цепь Мак Доннелл. Эти горы еще называют «хребты Мак Доннелл», – ответила Крисси не задумываясь. – Наматжира часто их рисовал на своих полотнах.

– Какой у них насыщенный пурпурный цвет.

– Вот-вот! Именно в такой цвет он их и окрашивал на своих картинах.

– Что ж, это правильно, – согласилась я с таким видением художника, а сама подумала, смогу ли я когда-нибудь нарисовать по-настоящему реалистический пейзаж, запечатлев на полотне то, что вижу вокруг себя. – Как только люди выживают в таком пекле? – задумчиво бросила я, глядя на бескрайние ровные просторы, раскинувшиеся до самого горизонта. – Такое впечатление, что безлюдные места тянутся на десятки и десятки миль.

– Знаешь, люди ко всему приспосабливаются. И здесь они тоже приспособились. Ты когда-нибудь читала Дарвина?

– Читала?! А разве Дарвин – это не город?

– Идиотка! Есть и город под названием Дарвин, да. Но был такой человек по фамилии Дарвин. Он писал всякие книги. Самая известная из них называется «О происхождении видов». В этой книге он рассуждает о том, как на протяжении миллионов лет растения, цветы, животные приспосабливались к окружающей среде. И люди тоже.

Я глянула на Крисси.

– Ты, как я посмотрю, крутая отличница. Я права?

– Вовсе нет, – отрицательно покачала головой Крисси. – Просто мне интересно, откуда мы все произошли. А тебе разве это не интересно?

– Интересно. Чтобы это узнать, я и приехала в Австралию.

– Я сейчас имею в виду отнюдь не родственные связи на уровне одной семьи. Я рассуждаю в целом. О происхождении всего человечества. Как и почему появились на земле люди.

– Ты сейчас рассуждаешь прямо как моя сестра Тигги. Она тоже очень увлекается всякими высокими материями.

– Здорово было бы с ней познакомиться. Судя по твоим словам, она девчонка что надо. А чем она занимается?

– Работает в Шотландии в одном заповеднике. Занимается разведением оленей.

– Достойное занятие.

– Ей тоже очень нравится ее работа.

– Для человеческой души полезно иметь кого-то или что-то, за что нужно нести ответственность. У наших аборигенов существует такой древний обычай. Когда юноша проходит обряд посвящения, достигнув возраста совершеннолетия, то, во‐первых, его обрезают, а во‐вторых, ему вручается камень. На нашем языке он называется тжурунга. На камне выбит специальный знак, показывающий юноше, о чем именно ему следует заботиться и что беречь, находясь в дикой природе. Эти пустынные обширные места, не заселенные людьми, у нас в Австралии называют просто: буш. Молодому человеку может выпасть все, что угодно: источник воды, какая-нибудь священная пещера, или растение, или даже животное. Но, что бы это ни было, он обязан защитить и сберечь свой объект. Вот так в нашей пустынной глубинке, которую первые переселенцы окрестили «аутбэком», создавалась незримая людская цепь, в которой каждое звено отвечало за сохранность того, что ему было доверено беречь. Такая система помогала нашим племенам выживать, когда они странствовали по этому пустынному аутбэку.

– Невероятная история! – выдохнула я восхищенно. – Получается, что традиции – вещь чрезвычайно полезная и нужная. Но этот камень, как его? Тжу… его только юношам вручали?

– Тжурунга. Да, этот камень имеют право носить при себе только мужчины. Женщинам и детям не разрешается даже прикасаться к нему.

– Но это же несправедливо.

– Наверное, – пожала плечами Крисси. – Но у нас, у женщин, тоже есть священные традиции, отличные от тех, что соблюдают мужчины. Когда мне исполнилось тринадцать лет, бабушка взяла меня на природу и изрядно потаскала по бушу, можно сказать, до усрачки… Однако я приобрела просто потрясающий опыт. Научилась распознавать насекомых, находить с помощью специальной палки-копалки воду, выкапывать съедобные коренья и насекомых. Бабушка показала мне, какие растения можно есть, а какие – нет и как именно их употреблять в пищу. А еще, – слегка подергала себя за уши Крисси, – когда я снова вернулась к прежней городской жизни, то оказалось, что слух мой настолько обострился, что я могу расслышать, как чихнул человек на другом конце улицы, и точно определить, кто этот человек. Находясь в буше, мы напряженно вслушивались в каждый звук, пытаясь определить, откуда исходит опасность. Журчание воды поблизости, приглушенные голоса людей на расстоянии, все это – ориентиры, помогающие нам вернуться назад, к своим семьям.