– Так нельзя говорить, я знаю, обобщение и все дела… Но, Сэм, я понимаю твои чувства. Мы ходим к доктору Ли уже практически год, а до этого был другой специалист… Но иногда мне кажется, ничто не имеет смысла, потому что никто из нас не готов открыть свои секреты…
Невероятных усилий Арии стоило не повернуть голову к Сэму. Они лежали так близко, что она ощущала его теплое дыхание на своей щеке, а его ладонь будто бы обжигала.
– Ария, что в вашей семье случилось в прошлом году?
Она только слегка запрокинула подбородок, всеми силами стараясь загнать непослушные слезы под ресницы, и покачала головой.
– Если бы хотя бы я начала говорить правду на наших сеансах… – вздохнула Ария.
Сэм не понимал, что происходит в семье Флэйтен, но точно знал, что она чувствует. Поэтому они лежали молча глядя в темный потолок, выкрашенный в такой же мрачный зеленый цвет. Про карточки все забыли.
Эйден чувствовал, что должен продать душу дьяволу. Вот только никак не мог понять какому. Он страстно желал славы и признания. Также, как и успешной писательской карьеры. И вот он встал перед выбором – добиваться расположения Арии или остаться с Дав. Как любят повторять персонажи пафосных героических произведений: «Выбор есть всегда». Нелепая фраза. Выбор есть всегда, вот только иногда результат этого выбора настолько непредсказуем, что ступить хоть на один из путей кажется невозможным. В иных же случаях ситуация противоположная – результат выбора столь очевиден, что и выбором это назвать нельзя.
Эйден попал в ситуацию, невыносимую для человека, во всем сомневающегося. Утром он был полон решимости порвать с Дав. Ему чудилось, будто бы наконец-то он определился с девушкой, которая ему интересна. Точнее, с девушкой, которая ему полезна. Принарядившись по случаю, он ринулся на поиски Дав. К несчастью, до обеда они так и не встретились, а во время ланча Дав, как в лучшие времена их отношений подошла к своему ненаглядному, поцеловала его с такой дерзостью, что воспротивиться Эйден не смог, а затем и вовсе заявила:
– Любимый, на грядущей недели к нам на ужин заедет Самуэль Лонгс. Я подумала, ты захочешь составить нам компанию.
Ее пушистые ресницы трепетали. Эд будто бы забыл, какая Дав красивая. Очевидно от растерянности, он обнял ее за талию и прошептал:
– Ты знаешь, что ты у меня самая лучшая?
Дав глупо захихикала, будто бы умела смущаться. Именно на такое развитие событий она и рассчитывала, когда шантажом и угрозами уговаривала отца заменить к себе на ужин именитого писателя. Впрочем, самым сложным для Дав оказалось разобраться в именитых писателях, живущих в окрестностях Мэриленда.
– Не забудь прихватить свою рукопись. Я уверена, что твой роман может заинтересовать мистера Лонгса.
Нельзя сказать, что Эйден считал себя лицемером, однако чем больше слов произносили пухлые губки Дав в тот день, тем менее прекрасным становился образ Арии в его голове. К концу дня он уже и забыл, что они договорились встретиться у нее и обсудить литературные новинки, которые представили на Лондонском книжном салоне в прошедшие выходные.
Да, Ария – отложенная выгода, которая может быть выстрелит, а может быть нет. Дав же предлагает нечто реальное. Нечто такое, что подтолкнет Эйдена в мир большой литературы. Когда Ария подошла подтвердить их планы, он коротко извинился. Однако, Эйдена задело то, что Ария не показалась ему убитой известием о том, что он остается с Дав.
Таня внимательно следила за тем, как мистер Холл выводит на доске основные факты биографии Роберта Стивенсона. Тане было совершенно неинтересно, потому что вчера Дэвид повторял материал и она стала невольной слушательницей этой интеллектуальной феерии. И все же, ей нравилось следить за тем, как он выводит слова на доске.
Иногда Тане казалось, что самой большой ее ошибкой было остаться в классе мистера Холла и в этом году. Неужели никто из окружающих не видит, как она на него пялится? Но нет. Таня выглядела такой же скучающей, как и всегда. Ей нравился Дэвид тем, что он как раз замечал ее перемены настроения, скрытые за внешней холодностью.
А ведь все у них началось с того, что мистер Холл заподозрил Таню в списывание. Это случилось в апреле.
Таня Картер – тот тип студентов, который, казалось бы ничего такого не делает, но бесит просто невероятно. В апреле Дэвид не выдержал и решил ее проучить. Просто так. Подловить на чем угодно. Потому что он с ума сходил от будничности в Ритерфоле.
И вот двенадцатого апреля он заподозрил, что эссе Тани написано с помощью искусственного интеллекта. Наконец-то! Он попросил мисс Картер задержаться после уроков. День тогда был омерзительным, сырым и пасмурным. У Дэвида настроение было такое, что просто жизненная необходимость какая-то возникла в том, чтобы сорваться на ком угодно. Под руку попалась Таня.
Мистер Холл дождался, когда все выйдут из класса и торжествующе скрестил руки на груди. Он очень редко злоупотреблял своим положением, поскольку и сам был вечным студентом… Но у всего есть предел.