Зачесав пальцами волосы назад и, перестав топтаться на месте, прошел к первому этажу дома, остановился у полупрозрачной двери и замер в нерешительности. Звонка нет и не видно, чтобы внутри дома вообще кто-то был. А если
– И долго ты будешь загораживать мне проход? – прозвучало позади меня, а губы в отражении двинулись в такт сказанного.
Понял. Я двойной идиот.
– Простите, – промямлил, отойдя в сторону. – Позвольте представиться, меня зовут Эраст. – Оглядев ее с ног до головы, в полной мере осознал, что тройной идиот подходит мне больше. – Айседора, я ваш внук. Вы помните меня? – уверено произнес, заглядывая ей в глаза. Сейчас я представлялся себе заблудившимся щеночком, вымаливающим ночлег.
– Я не Айседора, – резко произнесла она, и повернув ручку двери вниз, открыла ее и вошла в дом.
– Постойте, пожалуйста. – Я схватился за дверь до того, как она захлопнулась, но что-то невидимое на пороге не пустило меня внутрь. Держа дверь нараспашку, рвался вперед, но неосязаемое поле толкало обратно. – С вашим проходом что-то не так!
– А может не так что-то с тобой? – присев на диван, она забросила ногу на ногу, сложила руки под грудью и посмотрела на меня с прищуром.
Я разволновался, волна жара окатила мое тело, у висков образовались капли пота, костяшки пальцев побелели из-за того, что сильно вцепился в ручку двери, отпустив ее, судорожно вздохнул. Как только дверь захлопнулась, она странно дернула головой влево и вправо. Я остался стоять на прежнем месте, пытаясь совладать с волнением. На фотографии
тринадцатилетней давности лицо ее не было изрезано глубокими морщинами, а волосы седыми, выглядела она тогда ухоженной и моложе своих лет. Но сейчас… Возможно, женщина права и я ошибся. Возможно, трудно узнать во взрослом мальчике внука, когда помнишь его шестилетним. Пока я строил догадки, она продолжала сидеть на диване в той же позе, мрачно сверля меня глазами. Потом резко вскочила, будто на нее снизошло озарение и направилась ко мне. Я отошел, чтобы не получить дверью в лицо, она распахнула ее, уставившись на меня удивленным взглядом, тонкие полосочки, являющие собой брови поползли на лоб:
– Эраст??? – не верящим голосом произнесла она. – Это правда ты?
– Неужели кто-то уже пытался выдать себя за внука популярной писательницы? – отшутился я. Всегда шучу, когда волнуюсь.
– Пытался, – серьезным тоном ответила она. – Проходи внутрь. Расскажешь зачем приехал.
– А вы и правда Айседора?
– Не выкай и зови меня Дора.
Она махнула головой, и я вошел. ВОШЕЛ БЕЗ ПРОБЛЕМ! Не знаю, что за глюк случился со мной ранее, видимо, притомился с дороги, я сбросил с ног ботинки и прошествовал туда, куда она мне показала – на диван. Дора села в кожаное кресло, поставив локти на колени, скрепила пальцы в замок и оперлась на них подбородком. Поставь она чайник кипятится, мне было бы куда спокойнее.
Лицо у Доры стало бесстрастным, я начал переживать, не выставит ли она меня за дверь до того, как я успею объясниться.
– Начну первой. Твой отец сказал, что ты не желаешь меня видеть и знать, – холодно сообщила она.
Испытал укол совести, но не из-за сказанного, я такое не мог выдать в шесть лет.
– А причина в том, что я тебя до ус… – Она поджала губы, приложила к ним указательный палец, будто раздумывая как сказать, но я-то понял какой «ус» рвется из ее уст. – Я до смерти тебя напугала, – заключила она, откинувшись на спинку кресла, положив руки на подлокотники. Прикрыла глаза, как будто я ее уже утомил. – Ты сказал им, что видел, как я раздвоилась…но не на два человека, а прямо из меня появился человек с туловищем без ног… Со слов отца, рассказывая это, ты обмочился в штаны прямо в машине…
– Какой бред! – Я вскочил на ноги, возмутившись позорным обвинением, сжал руки в кулаки. – Как ты могла поверить ему на слово? – От досады мне захотелось перевернуть, разделяющий нас журнальный столик, но я сдержался. Разжал кулаки, опасаясь, что в следующий момент могу стать похожим на психа и случайно вскроется то, что я желаю сохранить от нее до конца жизни.
– Эраст, я…
– Он сказал, что вместо семьи ты выбрала писательскую карьеру, решила избегать нас, как и весь мир. Но я в это не верю!
– Да послушай же… – настойчиво сказала Дора, но я снова ее перебил.
