– Это ты подожди. Ты выросла, не нуждаясь ни в чем. Я давала твоей матери все необходимое, чтобы ты ни в чем не знала отказа. А когда она умерла, я дала тебе еще больше. Тебе никогда не приходилось ничем поступаться, не приходилось ни к чему принуждать себя, чтобы выжить, так что не говори мне, что я избалована.
Ньяша замолкает, сталкивает один из бокалов со стола на каменный пол, и он разлетается вдребезги. Затем она поворачивается и выходит из кухни. Лиана откидывается на спинку стула.
Она закрывает лицо руками, когда белое вино в бутылке начинает краснеть.
Лиана начинает вставать из-за стола, когда раздается звонок в дверь. Ее первой мыслью становится мысль о Мазмо, поскольку он принял ее слова об окончании их знакомства без особого энтузиазма, так что она колеблется, не торопясь открывать. Но раздается второй звонок, и она, преодолев свое нежелание, идет к двери. Лучше уж сейчас, чем потом.
– Здравствуйте. – Она смотрит на двух мужчин – один низенький и толстый, второй высокий и еще толще, – стоящих на ступеньках крыльца. Наверное, свидетели Иеговы. – Чем я могу вам…
Тот, который повыше, поднимает какое-то письмо, затем убирает его, прежде чем она успевает прочитать. Странные миссионеры, думает девушка.
– Это исполнительный лист, – монотонным голосом говорит коротышка. – В нем говорится, что мы уполномочены войти в ваш дом и наложить арест на все находящееся в нем имущество за исключением взятого в аренду в счет уплаты ваших долгов.
– Что? Я не…
– Отойдите, дамочка, – говорит высокий толстяк. – Мы предпочитаем входить в дом беспрепятственно.
– Но войдем, даже если вы будете сопротивляться, – добавляет коротышка.
Высокий поднимается на крыльцо и смотрит на Лиану сверху вниз. Она пятится в прихожую, и они быстро входят следом. Мужчины заходят в кухню до того, как Ана успевает прийти в себя.
Она смотрит на то, как они выключают из сети машину для приготовления эспрессо.
– Прекратите! – В дверях стоит Нья. – Немедля!
Мужчины поворачиваются к ней – высокий держит в руках хромированную кофемашину. Коротышка делает шаг вперед.
– Надо полагать, вы хозяйка дома?
– Вы не имеете права находиться здесь, – говорит Ньяша. – Убирайтесь.
– А вот и нет, у нас есть все права, дамочка, – глумливо отвечает коротышка. – Вам послали уведомление о решении суда семь дней назад, и вы не подали апелляцию. Так что теперь мы…
– Вы не можете войти в мой дом без разрешения! – кричит тетя. – Уходите. Сейчас же!
– Ваша правда, дамочка. Но ваша дочь впустила нас по доброй воле, позволив нам исполнить наши обязанности, как велит закон. – Он указывает кивком на высокого толстяка.
Нья смотрит на Лиану.
– Ты впустила их?
Лиана кивает.
– Ана, зачем? Теперь они могут делать все, что пожелают, в любое время…
– Я их не впускала, – бормочет она. – Я их не…
– У вас есть семьдесят два часа, чтобы освободить помещение. – Коротышка ухмыляется. – И еще семьдесят два часа, если вы подадите апелляцию. В любом случае вам лучше убраться до пятницы.
Лиана поворачивается к своей тете:
– Они не могут этого сделать, не так ли? Ведь этот дом все еще наш…
Нья не говорит ни слова, но ее расстроенный и виноватый вид свидетельствует о том, что это не так.
Страховая компания ответила сразу, забив гвоздь в крышку ее гроба: «Относительно вашего письма, касающегося ремонта потолка «Кафе № 33». Боюсь, что согласно отчету нашего инспектора, вы нарушили рекомендации владельца дома по его содержанию, так что мы не можем оплатить ремонт. Рекомендую вам прочесть пункт 12.3 вашего страхового полиса…»
Скарлет сидит за любимым столиком своей бабушки у эркерного окна, глядя на свой недопитый остывший кофе. В кафе царит тишина. Эсме спит наверху. Нужно как-то ей сообщить, нельзя скрывать это вечно. Им придется переехать, хотя Скарлет понятия не имеет, куда, и как она будет платить арендную плату. Ей придется позвонить Илаю и смиренно спросить его, готов ли он еще купить кафе. За минусом 15 000 фунтов или около того, которые уйдут на ремонт потолка. Что же у них останется после этого?
В окно светит луна, отражаясь в остывшем кофе. Скарлет смотрит на него, вспоминая, как планета отражалась на поверхности реки.
Тогда она видела, как какая-то девочка, вертя пальцем, подняла волну, которая накатила на берег. Но кем была эта девочка?
Скарлет накрывает чашку ладонью, и отражение луны исчезает. Ее рука нагревается, и она пытается вспомнить остальное. Затем поднимает чашку и отпивает кофе.
Беа просыпается. За ее письменным столом сидит мужчина. В свете лампы видно, что он очень высок, очень худ и очень стар.
Как ни странно, ей совсем не страшно.
– Кто вы такой?
Он улыбается.
– О, дорогуша, не говори мне, что ты не узнала собственного отца.
Беа уставилась на него. У нее такое чувство, словно он сидит здесь уже тысячу лет.
– Я понимаю, ты видела меня не вчера, но вряд ли я так уж постарел. – Своей морщинистой рукой он касается такой же щеки. – Не так ли?
Девушка садится на кровати и понимает, что этот мужчина из ее сна.
