Они вновь затихают, и я осторожно расправляю затекшие ноги. В мышцах тут же начинают копошиться бесчисленные иголки; я вынуждена пошевелить ступнями, чтобы побыстрее разогнать кровь, и случайно задеваю какую-то бочку, откуда валится консервная банка с бобами. Я неловко выбрасываю руку, едва успев подхватить, но через миг банка все же выскальзывает у меня из пальцев и глухо брякается на пол. Возня за дверью тут же затихает.
– Ты слышал? Что это?!
Раджеш издает негромкий, басистый смешок.
– Извини, это у меня в животе урчит.
– Да нет же, мне показалось, будто…
– Брось. Пошли лучше у речки посидим. Рецепт доктора Раджеша.
– Но…
– Салли, прекрати! Пошли, говорю.
Если она и продолжила протестовать, я этого уже не услышала за шлепаньем резиновых подошв, но вскоре затих и этот звук.
– Джейн, ты еще там? – доносится через туалетную дверь просящий голосок Хлои.
– Да-да, сейчас выйду.
Я сижу на детском унитазике в санузле начальной школы, что расположена на Рингвальд-стрит, не выпуская из рук мобильник. Не успела я толком прочитать уведомления о Дейзиных письмах, как из «кошачьей гостиной» выбежала Хлоя и сунула мне в руки по котенку, а когда я вернула их обратно в клетку, потянула за собой к отцовской машине, требуя, чтобы я обязательно уселась с ней на заднем сиденье. Я попробовала было возразить: ведь придется оставить велосипед, но тут подключился Уилл, предложив подбросить обратно до конторы, когда закончится ярмарка.
– Ну Джейн! Я уже почти все браслетики продала, а ты ничего не увидела!
– Иду-иду…
У меня перехватывает горло, когда наконец распахивается «Фейсбук мессенджер».
Да, это Дейзи.
Маленькое лицо сердечком в обрамлении белокурой гривы, голова слегка запрокинута; в руке бокал то ли шампанского, то ли игристого. В общей сложности четыре сообщения. Я открываю их одно за другим.
«Эмма, помоги!»
Щелк.
«Мне холодно».
Щелк.
«Ты так и не вернулась за мной».
Щелк. Пока читаю последнее сообщение, руки ходят ходуном.
«Никогда не хотела умереть в одиночку».
Стены кружатся, и желудок сводит мучительным спазмом.
– Джейн! – кричит Хлоя. – Что с тобой? Тебе плохо? Позвать папу?
Хлоя тащит меня по узеньким школьным коридорам. Я сама чувствую, до чего ледяная и мокрая у меня рука. Стены чуть ли не дрожат от смеха, болтовни и визга. На краю поля зрения неясными призраками шмыгают взбудораженные дети, преследуемые задерганными родителями. Щеки горят, хоть я и наплескала в лицо воды; с языка не слезает противная горечь холодной рвоты.
– А вон папа! Вон папа!
Мы продираемся сквозь кишащую толпу при входе, и я жадно глотаю чистый, свежий воздух.
– Папа! – Хлоя вовсю машет ручонкой, увлекая за собой через игровую площадку. – Папа! Джейн плохо! Ой, и мама здесь! Мама!
Я силюсь вытащить руку из детских пальцев, но поздно. Высокая, стройная женщина в красной миди, стильных черных сапогах и черном кожаном жакете оборачивается на голос дочери, вскидывает ладонь – и застывает. Она оглядывает меня с ног до головы, и я машинально одергиваю футболку, вдруг отчетливо понимая, что заявилась на школьный праздник в рабочей одежде.
– Ах ты моя сладкая! – Сара приседает на корточки, раскрывая объятия, и с прищуром смотрит на меня снизу вверх, когда Хлоя выдергивает руку и бежит к матери. – А вы, я так понимаю, и есть та самая Джейн? Наслышана, наслышана…
Стоящий возле нее Уилл неловко переминается с ноги на ногу.
– Джейн совсем разболелась! – сообщает Хлоя, выпутываясь из материнских объятий. – Я слышала, как она стонала в туалете!
– Хлоя, ты ставишь Джейн в неловкое положение. – Сара шлет мне извиняющийся взгляд. – Вы в порядке?
– Да-да, я просто… – Я прижимаю руку к животу. – Наверное, что-то не то съела.
– Ты совсем бледная. – Уилл лезет в карман и достает кошелек. – На-ка, – протягивает он Хлое пятифунтовую банкноту. – Купи Джейн бутылочку воды.
– Ладно! – Девочка хватает деньги и вприпрыжку бежит через игровую площадку к буфетному столику, где толпится ребятня.
– Мои извинения, – выставляет Сара руку. – Уилл вечно забывает правила приличия, так что я позволю себе самой представиться. Итак, я Сара.
Я пожимаю ей руку. У нее на удивление крепкая ладонь.
– Джейн.
– Хлоя мне все уши про вас прожужжала. Прошлой ночью даже заснуть не могла, так ей хотелось побывать у вас в приюте.
– Да, Уилл упоминал об этом.
Сара бросает на него взгляд и раздвигает уголки губ в натянутой улыбке.
– Разумеется. Что ж… – она вновь оглядывает меня с макушки до пят, – вам сейчас на работу возвращаться?
– Да нет, на сегодня все закончила.
– И часто доводится работать по субботам?
– Бывает. Все зависит от графика дежурств.
– Понимаю, понимаю.
– Просто Сара – начальник отдела кадров, – вмешивается Уилл. Чересчур, пожалуй, громким голосом. – В местном отделении «Бритиш телеком».
