- В свое время наши семьи были очень дружны, - сказала Элла Лонгридж, а потом возникли определенные разногласия, и окончательный разрыв, которому вы были свидетельницей, произошел на балу. Раньше мой брат не столь открыто выражал свои взгляды по некоторым вопросам, а ваш муж не терпит никаких точек зрения, отличающихся от его собственной. Очень может быть, что ему не понравилось бы то, что вы сейчас здесь, но, в конце концов, почему бы двум женщинам не встретиться и не поболтать, не обращая внимания на все эти мужские затеи?
Бросив вокруг взгляд, она сказала:
- Вот видите, какой простой образ жизни мы здесь ведем. Мой брат сам управляет делами на ферме, но это не единственное его занятие. Он еще член парламента и пишет труды, посвященные политическим вопросам. Порой я боюсь его несдержанности, он никогда не считается с возможными последствиями своих слов.
Элла Лонгридж не могла не вызывать симпатии, и мысль о том, что она моя ближайшая соседка, подняла мое настроение, поскольку в последнее время я все острее стала сознавать свое одиночество.
Она прошла к очагу и достала оттуда пирожки - румяные и очень аппетитные на вид.
- Мы отведаем их прямо с пылу с жару, а если вы не против, я угощу вас домашним элем.
Она разлила эль из бочонка в оловянные кружки и поставила их на стол, затем выложила на блюдо горячие пирожки.
- Не каждый день мне доводится принимать гостей, - сказала она.
- Мы очень близкие соседи.
- По прямой между нами не более полутора миль, а наша ферма почти граничит с землями Фар-Фламстеда.
- А вы уже давно здесь живете? - спросила я, отхлебывая превосходный эль.
- Всю жизнь. В Лондоне у нас есть резиденция, которой Люк пользовался, когда был членом парламента. Он надеется, что нынешнее положение дел изменится, и вместе с друзьями старается этому помочь. Но мы-то выросли на земле, всегда занимались выращиванием скота, и временами мне кажется, что ему бы лучше не вмешиваться в политику. Сейчас это может стать просто опасным.
- Мы в Корнуолле были очень далеки от всего этого.
- Люк считает, что буря, которая вскоре разразится, накроет всю страну, вплоть до самых дальних ее уголков.
Я вздрогнула.
- Я ненавижу конфликты. Моя мать говорит, что наша семья сильно пострадала от них в свое время.
- Я думаю, что так можно сказать обо всех семьях. Но страна, по словам Люка, сейчас находится в состоянии, достойном сожаления. Слишком многие склонны наслаждаться тем, что они называют радостями жизни. Им следовало бы жить попроще.
- Как вы, - подсказала я. - Пирожки очень хороши.
- Почти все я готовлю сама. У нас в доме всего две служанки. Конечно, есть еще люди, работающие на ферме. Если вам интересно, я потом покажу все наше хозяйство. У нас есть пивоварня - там сварен и этот эль, есть маслодельня, лесопилка, скотные дворы, и кроме того, отдельная кухня, поскольку приходится кормить много народу.
- Вы много трудитесь, миссис Лонгридж.
- Я от работы получаю удовольствие, потому что это дело по мне.
Она довольно подробно расспросила меня о нашей семье, о причинах, которые привели меня в Лондон, и о моем браке. Я была довольна тем, что у меня наконец нашелся собеседник.
После того как мы хорошенько подкрепились, она показала мне дом. Мы поднялись по деревянной лестнице наверх, где находилось множество комнат, часть из них - проходные. Все комнаты были с тяжелыми дубовыми балками, небольшими окнами в свинцовых переплетах, очень чистенькие, хотя весьма скромно обставленные.
Я сказала, что мне пора домой, что прислуга, наверное, обеспокоена моим долгим отсутствием, и мне надо вернуться хотя бы к обеду.
Элла ответила, что не смеет меня задерживать, но если я захочу еще когда-нибудь заехать в гости, она будет очень рада. В здешней округе у нее почти нет друзей, так как политические взгляды Люка настроили большинство соседей против него.
Я уже была готова забраться в седло, когда во двор въехал сам Люк Лонгридж. Увидев меня, он был изумлен и, как и его сестра, сразу же меня узнал.
- Итак, сегодня у нас гостья, - сказал он, спешившись и поклонившись.
- Это был незапланированный визит. Миссис Толуорти ездила верхом и решила взглянуть на ферму, а я, узнав ее, пригласила зайти в гости.
- Очень рад видеть вас, - сказал Люк. Я сразу заметила, что он одет в очень простые темного цвета камзол и штаны, а его волосы Подстрижены очень коротко - совсем не по моде.
- Я как раз собиралась уезжать, потому что мне не хочется, чтобы дома беспокоились.
- Вы приехали сюда одна?
- Да! Это ведь совсем близко, а брать с собой грума я не хотела.
- А ваш муж?
- Он уехал и вернется только через несколько недель.
- Тогда позвольте проводить вас.
Я не могла отказать ему в этом. Более того, он был мне интересен, и я считала, что должна быть любезной с ним, поскольку мне с самого начала казалось, что Ричард сам спровоцировал его на ссору во время бала.
Он сел в седло, и мы отправились в путь.
Я сказала, что и не подозревала о том, что мы - близкие соседи.
- Мы всю жизнь соседи.
Я решила, что не стоит делать вид, будто я не помню об их ссоре, и сказала:
