— На лодке? — С надеждой в голосе спросил Оливер, услышав вопрос отца.
— На лодке, брат.
— Да! — Оливер подпрыгнул на месте. — Классно вы их вырубили.
— Это Полина. — Признался Генри.
— Теперь я за тебя спокоен, сынок. — Сэм похлопал по плечу сына.
Через две недели жизни в городе в горе, глаза настолько привыкли к полумраку, что различали слабое отражение света на полированном оплавленном камне, образующим свод искусственной пещеры. По возвращении на базу, Полину и Генри ждало неприятное известие, погиб Томаш. Когда его состояние значительно ухудшилось, было решено отвезти его в ближайший город и поместить в медицинский модуль. Довезти не успели. Он умер от обширного кровоизлияния в мозг. В остальном, жизнь в городе в горе продолжалась по привычному распорядку.
Матери Генри нашлось место в столовой, отцу и самому Генри в тире. Юрий Громов пошел в слесари, к чему имел природную предрасположенность. Старой техники здесь находилось очень много, и ее можно было пустить в дело. Мать Полины нашла себе занятие на работе, требующей систематизации и учета. Попросту говоря, она стала секретарем при Алексе. В свободное время она занималась с детьми, приехавшими в город вместе с родителями. В городе открылось подобие школы, и Алле нашлась привычная работа. Дети будущих родственников, а по факту, настоящих, Оливер, Гордон, Сара и Люси, учились в школе. Героическая история побега с базы на корабле сделала их популярными в своей среде.
Теперь, когда у Полины были развязаны руки, а Мориц могла быть спокойна, что все пойдет именно так, как они запланируют, можно было разрабатывать план по активному противодействию Филиппосу. Для начала следовало поставить цели, которых они собирались достигнуть. На первом этапе требовалось узнать точное нахождение места, откуда киборги Филиппоса управляли Сетью. Можно было смело предположить, что счет их шел не на сотни, как раньше, а на многие тысячи, или даже десятки тысяч. Весь мир, вся Сеть находилась под постоянным присмотром. Учитывая, что «текучка» на работе была высокой, требовалось регулярно пополнять их ряды. Люди должны были пропадать, а их существование в Сети подтираться. Требовалось выявить эту цепочку и попробовать проследить, куда двигались и где сходились потоки исчезнувших жителей планеты. Если бы это удалось установить точно, неоднократно перепроверив местонахождение базы киборгов, чтобы избежать ошибки, то далее следовало разработать план по уничтожению этой базы.
Современный мир, где не было армий, только полиция, забыл, что такое оружие. Настоящим оружием в нем был полный контроль, и предупреждение любых преступлений через этот контроль. Потенциально психически здоровый человек понимал, что его преступление не останется незамеченным, а слабое психическое здоровье сразу бралось на контроль. Человеку назначались препараты и практики, позволяющие находится в более или менее адекватном состоянии.
Идеальным завершением своей миссии Мориц и Полина считали избавление мира от Филиппоса, и если понадобится, то и профессора Блохина. Его роль до сих пор была неясна, но помощь Филиппосу не ставилась под сомнение. Под давлением это делалось или нет, было неважно. Мировое зло расползалось благодаря его гениальным открытиям.
Через агентов Службы Безопасности, помогающих на свой страх и риск сопротивлению, и рискующих пополнить ряды киборгов, Мориц могла рассчитывать, что любая информация по изменению или стиранию личности станет ей известна. Из большого объема информации и вероятной дезинформации, нужно было вычленить потенциально полезную, и работать с ней.
Полине работы хватало на двадцать четыре часа в сутки. Он анализировала самостоятельно, проверяла выборки компьютеров, сверяла, сопоставляла, перепроверяла. Кропотливая работа утомляла ее, и расстраивала Генри. Как-никак, они считали себя молодой парой и традиционные отношения, свойственные молодым людям никто не отменял. Генри не хватало ее внимания, и он часто бурдел по этому поводу. Невольным свидетелем одной такой сцены стала мать Полины. Она отвела дочь в сторону и провела с ней разговор, тоном, каким обычно делала внушение своим ученикам.
— Ты чего с этих пор строишь из себя трудоголика? Ты за работу выходишь замуж, или за парня? Тебе с кем жить и детей растить? — Попыталась она наставить дочь на путь истинный.
— Мам, это же важно. — Полина не ожидала такого от матери.
— Да, это важно. Всем женщинам в истории мира, которые считали борьбу за мир важным, или отрубали голову, или сжигали на костре, еще в молодости. Мне такое «важно» совсем не нужно. Ты моя дочь, и я участвую в твоем воспитании, и я хочу тебе сказать, какой бы не была тяжелой жизнь, на первом месте семья, а потом все остальное. Особенно для женщины.
— А как же Алекса?