За то время, что Полина не занималась делами, люди из СБ предоставили некоторый объем подозрительных данных. В отсутствии Полины, анализом занималась Мориц. Дела шли не совсем скоро, кропотливая работа тяготила Алексу. Она облегченно вздохнула, когда Полина объявила о своем возвращении.
— О! Поступок зрелой женщины! — Мориц обняла Полину. — Я тут, как черепаха на бегах. — Мориц изобразила медленные движения руками и ногами. — Как семья?
— Хорошо. Сейчас не время валяться в кровати, успеем еще.
— Спасибо. Вот тут все данные по стертым гражданам. — Мориц указала на папку в компьютере. — Сюда я скидывала те, что просмотрела. Признаться, утомительное занятие.
У Полины, напротив, глаза разгорелись в предвкушении работы. Ей нравилось сопоставлять факты и делать выводы. Собственный ум и аналитическая программа, установленная Блохиным, постепенно срослись в один мыслительный процесс с очень высоким коэффициентом полезного действия. Полина наслаждалась игрой разума, и чем сложнее была задача, тем интереснее было ее решать.
Для начала Полина рассортировала всех по географическому признаку, пытаясь выявить территории, где чаще других стирались данные о людях. Этот метод не сработал. Чаще информация стиралась там, где плотность населения была выше. Потом раскидала по возрасту, уместно предположив, что на «мясо» подходят более молодые граждане. Опять не то, пожилых граждан оказалось намного больше. Разобрала по причинам удаления из Сети. Большая часть, скоропостижные инсульты в солидном возрасте, далее шли смерти от прочих болезней, вызванных старостью. Завершали список смерти по неосторожности на природе. Люди до сих пор тонули, гибли в лесу от когтей и зубов хищников, падали с гор и травились грибами. Немного бытовых смертей, производственных и совсем маленький процент самоубийств.
Полина выстроила график активности. Прослеживался сезонный характер в странах с выраженной сменой времен года, зимой гибло чуть больше, чем в остальное время. Это соответствовало реальному положению дел. На первый взгляд в естественную убыль населения никто не вмешивался. Полина поделилась своими выводами с Алексой.
— Не вижу никаких систематически подозрительных утрат. Что если Филиппос не использует людей, подключенных к Сети?
— Ты намекаешь на Африку?
— Что-то типа того. Или помнишь то убогое место недалеко от Афин, откуда мы с Генри сбежали. Там этого неучтенного населения сколько хочешь.
— Его, кстати, тогда вычистили.
— Но есть и другие такие же, я думаю?
— Конечно же, есть. Хочешь сказать, что отсюда мы никак не вычислим базу Филиппоса?
— Хочу. Чем больше пялюсь в эти цифры, тем больше уверена. Нам нужна подсадная утка, информатор. Свой человек в рядах Филиппоса.
— Отличная идея, и как нам его туда внедрить?
— Вообще-то я думала, что у тебя есть знания в этом вопросе.
— Теоретические, какие в наше время информаторы, когда и так все известно.
Евдоким был не в восторге от роли, возложенную на его крепкие необъятные плечи. Его крупная внешность источала угрозу только на первый взгляд. В душе он был добродушен и в некоторых вопросах, робок. Женщины, выступления на публике, вгоняли его в ступор. Но лучше кандидатуры на роль костолома не нашлось во всем городе в горе. Необычная девчонка Полина, жена его лучшего стрелка Генри, разработала план, по которому он должен был непременно заинтересовать службу Филиппоса. Он знал на какой риск идет, и понимал, что ни при каких обстоятельствах не может выдать местонахождение базы сопротивления. В случае любого провала он обязался покончить с собой.
Евдокима отправили в Москву. Наверняка, столичный город кишел людьми Филиппоса. Руководители администраций, высшие чины полиции и прочих ведомств, занятых управлением страной и городом, скорее всего уже были подсажены на иглу сверхспособностей и обещаний участвовать в дележе государственного «пирога». От Евдокима требовалось проявить себя в громкой драке и очутиться за решеткой. Следующий ход должны были сделать люди Филиппоса. Если им нужен был костолом и преданный работник, они обязательно заметили вы его и вытащили из тюрьмы, чтобы взять на службу.
Чтобы драка получила огласку, Евдоким должен был найти подходящую кандидатуру. Он слонялся по дорогим магазинам, обращал внимание на транспорт, который берут в аренду люди и все время пытался придумать повод для драки. Вот так просто и правдоподобно влепить своим пудовым кулаком в лицо невинному человеку он не мог. Ему хотелось найти мало-мальски значимый повод для этого.