Оставшись один, Пастор несколько минут сидел в полной неподвижности.
– Скоро все закончится. Очень скоро, – беззвучно произнесли его губы.
Мия вздрогнула, когда в дверь ее номера постучали.
«Кто это? Артем или охранник? – подумала она, чувствуя, как где-то глубоко внутри звякнул тревожный колокольчик. – Артем говорил, что всегда будет звонить заранее…»
Прокравшись на цыпочках к двери, она замерла, прислушиваясь.
В номер снова постучали, на этот раз более требовательно.
«Это могут быть работники гостиницы. Уборщица, например», – пронеслась у нее мысль, но она тут же отвергла ее. Если это уборщица, то почему она ничего не говорит? Да и вряд ли уборщица станет долбить в дверь с такой силой!
«А вдруг…»
Она вспомнила события прошлой ночи, и страх зазмеился по спине ледяным ручейком. Вдруг эти психи нашли ее здесь?! Разделались с охранником, который дежурил в коридоре, и сейчас затаились под дверью?!
Дрожащей рукой она вынула мобильник.
Срочно позвонить Артему…
– Мия, это я, – неожиданно раздался голос Павлова, и из груди девушки вырвался вздох облегчения.
– Ты напугал меня, – сказала она, открывая дверь. Они обнялись.
– Я всего лишь хотел проверить, насколько ты бдительна, – улыбнулся Артем. – Молодец, что не открыла дверь.
Он прошел в номер, поставив на стол упаковки с провизией.
– Я думаю, тебе понравится ужин, – сказал адвокат. – Только что взял из ресторана. Кушай, пока горячее. Завтрак закажешь в номер, я договорился.
– А ты? Ты что, уходишь? – удивилась Мия.
– Да. Причем прямо сейчас.
Она подошла к Павлову вплотную, заглядывая ему в глаза.
– Артем, я боюсь. Весь день трясет, как наркомана во время ломки.
Он ласково взял девушку за руку.
– Постарайся отдохнуть. Скоро все закончится. Обещаю тебе!
Мия вздохнула:
– Весь день валяюсь на диване, хоть на стенку лезь! А вот тебе отдых бы не помешал. Извини, но ты хреново выглядишь. Выжатый лимон и тот посвежее будет.
Павлов развернулся, глянув мельком в громадное зеркало над комодом, провел пятерней по волосам.
– Н-да. Доля правды в твоих словах есть.
– Тебя не было сегодня весь день, – снова заговорила Мия. – А ведь завтра воскресенье! Шесть счетчиков, помнишь?! Может, ты все-таки поделишься со мной своими планами?
Артем осторожно положил ладони на хрупкие плечи девушки.
– Обязательно поделюсь. Но только не сегодня, Мия. Я говорю совершенно серьезно, у меня нет даже свободной минуты. Завтра должно произойти серьезное преступление. Нужно сделать очень многое, чтобы его предотвратить.
– Ты все равно не спасешь всех в этом мире, – прошептала Мия, прижимаясь щекой к ладони адвоката. – Даже если будешь работать сутки напролет. Даже если будешь жить сто лет. В этом мире слишком много грязи и дерьма. Ты сгоришь, как бенгальский огонек. Понимаешь?
– Понимаю. Именно поэтому я должен идти, чтобы моего света хватило на решение хотя бы этой задачи, – так же тихо ответил Артем. Подумав, он прибавил: – Впрочем, я поделюсь с тобой хорошей новостью. Я разговаривал со следователем, который ведет дело по Саше. Параллельно он ведет следствие по факту гибели еще одной девушки. Она прыгала с крыши вместе со своей сестрой, и та выжила. К счастью, девушка пришла в себя, и сегодня утром она заговорила. Так вот, ее история словно скопирована с нашей, ну точь-в-точь. Эти показания будут очень важны для дальнейшего расследования.
Крепко поцеловав Мию, он направился к двери. Обернувшись, добавил:
– До завтра. Не скучай.
Лязгнула защелка, откидывая окошко в стальной двери.
Сергей Викторович с трудом разлепил веки.
– Вика? – хрипло позвал он.
В окошке появилось невозмутимое лицо Пастора.
– Привет, урод. Нет, это не Вика, а всего лишь я, – сказал он, улыбаясь. – А твоя дочь умрет ровно через три часа. Ровно сто восемьдесят минут. Хочешь, я принесу тебе часы? Чтобы ты мог следить, как утекают ее последние секунды жизни.
– Я… – Елагин закашлялся, – я не верю тебе, тварь. Ты все подстроил…
– Да мне плевать, веришь ты или нет, – равнодушно бросил Пастор. – Я знаю, что рано или поздно от вашей семьи ничего не останется, а это именно то, чего я добивался столько лет. Твоя дочь уйдет первой, потом ты. Следом – твоя жена. Впрочем, мне фиолетово ее будущее. Она сейчас совершенно одна, кстати. Ломает голову, где найти деньги для банка, и наверняка жалеет, что приняла решение уйти из семьи…
– Дай мне телефон, – дрогнувшим голосом попросил Сергей Викторович. – Что тебе сделал ребенок? Дай мне позвонить дочери и прекратить это безумие. Оставь хоть ее в живых!
