Тетка глубоко затянулась и тут же почувствовала, что ей не хватает воздуха. Легкие под завязку были наполнены густым белым дымом, который себя там прекрасно чувствовал и не торопился выбираться наружу. Она стояла с открытым ртом, и вместо выдохов, опять делала лишние ненужные вдохи. Дым смешался с воздухом, стал легче, проворнее, по каким-то потайным путям проник в теткину голову и сразу навел там порядок.
Тетка сильно закашлялась, на ее глазах выступили слезы.
Надо вернуться к Марату и рассказать ему всю правду. Больше так продолжаться не может. А еще мне нужна помощь специалиста. Одна я уже не справляюсь. Если я сойду с ума, с кем останется Оленька?
Тетка сделала еще пару затяжек. Потом – пару глотков остывшего чая. Два раза куснула бутерброд с колбасой, и с трудом проглотив жирный гастрономический ком, вернулась к компьютеру.
Марат – Джоанне. 23 часа 11 минут.
–
Тетка села за клавиатуру с твердым намереньем подвести черту.
Черта пролегла ровно по средней буквенной строке:
Марат – Джоанне. 23 часа 17 минут.
–
Из-под двери маминой комнаты выбивалась узкая полоска света. Я решила зайти на минутку, пожелать спокойной ночи. А там картина Репина «Все те же». На том же месте. В тот же поздний час.
Я вошла, она даже не шелохнулась. Тяжелые последствия глубокого интернетного проникновения были явно на лицо.
– Мама! – заорала я, – сколько уже можно?
Она вздрогнула и обернулась. Даже через очки было видно, какие у нее глупые и счастливые глаза:
– Оленька! Ты уже пришла?
– Мама! – снова заорала я, – я пришла два часа тому назад!
Она отвернулась от меня и уставилась в монитор. По экрану лениво слонялись бестолковые бежевые рыбки.
– Что ты на меня орешь? – тихо спросила мама.
– А что мне прикажешь с тобой делать? – разозлилась я, – раз ты сама не понимаешь, что у тебя проблемы!
– У меня проблемы? – удивилась она, продолжая наблюдать за своими подводными подопечными.
– Да еще какие!
– Какие? – спросила мама.
– Тебе рассказать или ты сама догадаешься?
Наконец она оторвалась от компьютера и соизволила обратить на меня внимание:
– Ты намекаешь, что у меня интернетная зависимость?
– Заметь! Не я это первая сказала!
Она покончила со своими рыбками и повернулась ко мне всем корпусом:
– Ну и что? Я знаю.
– Ну, так надо же с этим что-то делать!
– А зачем? – пожала плечами мама, – мне и так хорошо.
– Ну, это же нечестно! – вырвалось у меня.
– Не поняла? – мама подняла на лоб очки и внимательно на меня посмотрела: – Что здесь нечестного?
– Ты же – паразитка! Ты же ко мне присосалась и пользуешься!
– Каким образом я тобой пользуюсь, дорогая?
Ее ласково зазвеневший голос предупреждал меня о начале большого скандала. Ну и пусть, подумала я. Не мешало бы и нам выяснить, наконец, отношения.
– Конечно, я тебе очень благодарна за то, что ты для меня делаешь, – осторожно начала я, – но в будущем я бы хотела, чтоб ты больше не влезала в мою переписку.
– В твою переписку? – округлила глаза мать, – в какую еще такую твою переписку?
– Ну ладно! Хватит девочку из себя корчить! Причем, не только в переносном, но и в прямом смысле!
– Как тебе не стыдно! – повысила голос она. – Я же для тебя стараюсь!
– Для меня она старается! – расхохоталась я, – тоже мне мать Тереза! Обойдусь, как-нибудь, без вашей помощи!
– Ты? Без меня? – зловеще усмехнулась мать, – да ты же двух слов связать не сможешь! Читала я твои потуги! «ОК», «Вау», «Зашибись»! Разговаривать сначала научись, а потом суйся!
– Да ты! Да ты! Да ты.., – как будто ей в угоду я не находила слов.
Мать, напротив, только воодушевилась:
– Ты же понятия не имеешь, что такое искусство беседы! Ты думаешь, он тебя спросил – ты ему ответила и все? Поговорили?
– Да хоть бы так! Твое какое дело!
– Да я же помочь тебе хочу! У меня же опыт! Фишки свои есть, манки, завлекалочки! Я же любого на одну ладонь положу, другой прихлопну и все! Делай с ним, что хочешь!
