- Ведьма! Она - Завопил у меня за спиной тот стражник, которого называли Еном. - Она призывает демона! - Выставив вперед свою алебарду, он бесстрашно бросился через всю комнату, и намериваясь пронзить меня холодной сталью насквозь, наверняка ошибочно полагал, что это поможет ему остановить разразившееся вокруг колдовство. Защитник порядка даже не представлял, что я давно уже не имею к творившейся вокруг магии не малейшего отношения. Он даже не думал, что моя смерть не сможет остановить, или замедлить, появление неведомой вырвавшейся из недр земли силе, но к счастью, узнать об этом, и жестоко разочароваться, он уже не успел.
Стоило ему приблизиться достаточно близко к центру узора, как застывшая рядом огромная, сотканная из света фигура, тут же сдвинулась с места, и впервые подав признаки зародившейся жизни, резким взмахом руки, выбило алебарду из рук стражника. Выгнувшись дугой и завопив от боли и ужаса, Ен подлетел в воздух. Его ноги словно бы сами собой оторвались от пола, зависли в полуметре над линиями узора, и задергавшись, пытаясь отыскать внезапно утраченную опору, начали исполнять в воздухе пляску висельника. Точно так же, как и меченный до него, стражник начал стремительно терять свою собственную жизненную энергию. Золотистым туманом она потекла из его груди к огромной, сотканной из силы фигуре, и с каждой выпитой из него каплей, это неведомое создание становилось все более материальным.
Я даже опомниться не успела, как оно иссушило тело стражника досуха, живой человек прямо у меня на глазах, превратился в обтянутый кожей скелет, словно бы его труп не один день успел пролежать под палящим зноем пустыни, и как только его разрывавшие тишину вопли боли стремительно стихли, это неведомое создание резким взмахом руки, отбросило в сторону ставшие бесполезными человеческие останки. Ударившись об твердую стену, они рассыпались горстью праха, и вниз рухнула лишь опустевшая одежда, кираса и шлем. От стражника не осталось даже воспоминаний, но всего одной жертвы этой твари оказалось совсем недостаточно.
Утратив свою полупрозрачность, она больше не казалась явившимся с того света призраком, сотканным из искаженного воздуха и цветных магических переливов. Фигура словно бы обрела зыбкую, уже едва просвещающую плоть, и не насытившись одной жизнью, обратила свой взор на остальных, застывших от увиденного стражей порядка.
Кто-то, явно поняв, что им с этим не справиться, тут же попытался броситься прочь. Кто-то от ужаса даже не смог сдвинуться с места, а самые смелые даже схватились за алебарды, бесстрашно решив не сдаваться без боя, но все они были обречены в столь неравной схватке с многократно превосходящей их мощью, и ни один, так и не успел исполнить задуманного.
Все они, как по команде, подлетели в воздух, и задергались, точно марионетки, дергаемые кукловодом за нити. Золотистый туман осветил собою всю комнату, каждого стражника ожидала страшная и мучительная участь, постигшая их собрата, и не в силах больше смотреть на весь этот ужас, я тут же зажмурилась, и попыталась трусливо отползти в сторону.
Казалось, что укрыться от этой невероятной силы и жажды было попросту невозможно, и забившись в самый дальний и темный угол, я дрожала, даже не думая бежать или прятаться.
Слушая жуткие вопли и хруст выворачивающихся из суставов костей, я чувствовала, как к горлу подступил отвратительный комок тошноты, и молила небеса лишь о том, что бы все это быстрее закончилось, но стоило только всем воплям затихнуть, как мне от этого неожиданно стало лишь хуже.
Так и не решаясь распахнуть зажмуренные глаза, я ни сколько не сомневалась, что оставшись одна, неизбежно стану следующей, оставленной на десерт, но далеко не самой последней жертвой, и чувствуя, как сердце в груди колотиться так быстро, что может разорваться от напряжения в любую минуту, неожиданно поняла, что не смотря ни на что, все же не хочу умирать.
Еще совсем недавно, проливая слезы над телом возлюбленного, я не видела ни какого смысла волочить свое жалкое и одинокое существование дальше, но сейчас, вознося мольбу небесам, что бы не отправиться в след за стражниками, и не питая на этот счет ни каких особых иллюзий, я утратила всякую надежду на счастливый исход, но все еще не хотела уходить на тот свет так страстно и сильно, будто бы все произошедшие с приема события, никогда не случались, а жизнь моя была легка и прекрасна.