Ты отходишь к ближайшему подъезду и осматриваешь полную картину преступления. Дома, во дворе которых обнаружен труп, расположились буквой С. Высота каждого дома порядка двадцати, тридцати метров. Там, где у С прогалина, проходит дорога перекрытая с другой стороны, чем-то вроде бетонного забора высотой чуть меньше трёх метров. За забором ничего не видно, вероятно какое-то поле или свалка. Сняв респиратор, ты закуриваешь мятую сигарету из припрятанной в заднем кармане пачки. Смотришь сквозь сизый дым на пару фонарных столбов вдоль дороги, еле освещающие дыры в разбитом асфальте и редкую жухлую траву на полянке, в центре которой расположился покойный. Так о нём будут говорить на суде, если суд конечно будет. Ты делаешь глубокую затяжку и облокачиваешься на стену у подъезда, внезапно замечая мигающую надпись OFFLINE внизу внешнего интерфейса. От удивления ты заводишься кашлем, на глазах выступают слёзы, сквозь которые ты видишь, как круглая голова на склонившемся над мёртвым телом итальянце разлетается вдребезги, заливая ночную улицу кровью. От неожиданности сигарета выпадает из рук. Ты находишь взглядом дежурившего с той стороны, откуда вы пришли, Тима.
– Форест, в переулок! – кричишь ты. Он разворачивается лицом к тебе и ты видишь, как тело патрульного прошивает несколько крупнокалиберных выстрелов, кроша того буквально на глазах, превращая в бесформенную кровавую груду мяса.
Только после этого, ты замечаешь гул магнитных турбин над головой и видишь, как белый круг прожектора высвечивает проулок, у которого лежало то, что раньше было Тимом. Ты смотришь вверх из-под козырька подъезда, одновременно пытаясь нащупать ручку двери. Ты буквально не чувствуешь пальцев, пробегающих по железному листу дверного проёма. Над тобой нависает чёрная, двух крылая птица десантного вертолёта, на борту которой, ты вскользь замечаешь эмблему в виде светлого треугольника в центре которого, выходя за границы, расположился красный круг. Ты видишь это как раз в тот момент, когда прожектор на крыле начинает движение в твою сторону, одновременно ослепляя тебя.
Твоя голова пуста, Макколди. Нет времени даже на то, что бы вспомнить своё имя. Мир вокруг превращается в слайд шоу лишённое лишних запахов и предметов, сопровожденное утрированно громкими звуками. Что ты чувствуешь, Макколди? Вату в теле и свинец в ногах. Удары сердца подобные ударам в грудь, во время спарринга. Боль и шум от недавних выстрелов пулемёта над головой, ледяная дверная ручка в левой руке, жжение в глазах от ослепительного света. Что ты видишь, Макколди? Чёрную тень смерти на фоне красного пятна и тонкой плёнки на ослеплённых глазах. Два огонька фонарных столбов. Два мёртвых тела в центре пустыря меж тремя домов. Стену, из белого кирпича, исписанную в яркое граффити и чёрную пустоту за открывшейся дверью. Что ты слышишь, Макколди? Скрежет ржавых петель и вертолётный гул, женский крик в одном из окон. Топот бегущих ног по бетону подъездной лестницы, отражённое эхо от стен и тяжёлое дыхание. Бьющееся стекло где-то несколькими этажами выше. Ты материшься, от того что не знаешь куда бежать. Что у тебя в голове, Макколди? Твои мысли рваная лента. Скинуть болтающийся на шее респиратор, найти укрытие, вломиться в чужую квартиру, подставить под пули неведомого противника её жильцов. Лишь бы спастись, уцелеть. Не важно, как! Прячься, Стив, в любую попавшуюся на пути. Беги, Макколди, беги! Два варианта. Сдохнуть или жить. И ты бежишь в коридор меж подъездов и видишь краем глаза отрытую квартиру. Ты вбегаешь в неё и замечаешь, как по стене, за спиной скользнул свет фонаря. Ты слышишь:
– Цель на 4 этаже. Скинул респиратор. Исследую этаж.
Ты слышишь, как мерными шагами неведомый убийца надвигается на тебя. Ты понимаешь, что он обязательно тебя найдёт, так как дверь всё так же открыта. Ты хочешь сбежать из клетки, в которую сам себя загнал, но не можешь двигаться, так как боишься издать даже малейший шорох. Ты достаёшь тазер и, разворачиваясь, занимаешь положение сидя, целясь в дверь. Светокоррекционные системы внешнего интерфейса на виске работают на пределе, покрывая пластиковый дверной косяк мелкой рябью и окрашивая весь в мир в светло-серые тона. Фонарь преследователя потушен. За долю секунды ты понимаешь, что в комнату залетела крошечная коробочка, с характерным звуком дзинь, ударяясь о голый бетон. Ты пытаешься закрыть лицо руками, или хотя бы сорвать внешний интерфейс, в то время, когда комнату разрывает «сварочный» белый свет. Адская боль пронзает тебя насквозь, выжигая правый глаз, смотрящий в стекляшку интерфейса. Но это уже не важно, Макколди. Ты срываешь с виска чёртову железку и с разбегу выбиваешь плечом стекло в деревянной раме окна справа.
