– Его машина способна обрести разум. Собственно, он добился проявления разума ещё на начальных стадиях разработки. Мои квантовые сервера позволили его программам очень быстро осваиваться, обучаться. Находить ответы даже по крайне косвенным данным. Его программы оказались невероятно умны. Во многом, именно они нашли способ, как интегрировать ЛИЧ с Внешней Сетью. Этими наработками Вебер в тайне поделился с NewMedical, дабы скрыть от всех посторонних тот факт, что его корпорация не просто способна разрабатывать сетевое обеспечение, но уже почти раскрыла способ, как использовать ЛИЧ, подобно компьютеру. Адам видел в этом угрозу, которая могла спровоцировать мировое сообщество усомниться в массовой установке ЛИЧ-а на каждого рождённого. Одно дело, когда идентификационный чип – это личный помощник и документ, удостоверяющий личность, другое, когда это компьютер, способный управлять, пусть и во благо, но всё же самостоятельно, действиями владельца. NewMedical, как разработчик системы ЛИЧ, подходила куда больше, что бы объявить новые возможности своих же технологий. В их лице общество не видело угрозы, к тому же, они не спешили сообщать о том, что уже найден способ расширять функционал чипов. Это сейчас кажется нормальным, что в ЛИЧ устанавливаются бухгалтерские системы, переводчики, средства для модульных разработок блоков Внешней сети. А тогда, в сороковых, это могло вызвать бурю негативных эмоций.
Эмма начала терять терпение. Старик явно затягивал разговор.
–… Но не будем уходить в воспоминания. Вернёмся к ИИ Адама. Адам не мог смириться с тем, что его машина не проявляет жизни. Именно так, жизни. Она не задавала вопросов, не стремилась к познанию. Её развитие, являлось свойством нейронной сети, не более. Её мотивация опиралась лишь на естественный алгоритм, заданный изначально программистами. Как я уже сказал, Адам не мог смириться с этим. С каждым годом, я видел в нём всё больше слепого фанатика, стремящегося к солнцу, подобно Икару, невзирая на любые опасности. Когда я понял, что он задумал, я ушёл. Он не стал меня удерживать. Тот Адам, которого я знал, ни за что не отпустил бы меня, он нашёл бы нужные слова, дав цель, от которой я не смог бы отказаться… Но годы, которые он потратил на поиски ответов, в попытках оживить машину, не прошли для него бесследно. Он изменился. – Старик ненадолго задумался, облизнув пересохшие губы. Спустя десяток секунд, он продолжил. – И вот вы врываетесь в мой ЛИЧ. Теперь я понимаю, что оказался прав, уйдя тогда из корпорации. Он всё же решил интегрировать свой ИИ с человеком. Дать машине не только Разум, но и Чувственность. Наделить её мотивацией, сделать её человечной. И, боюсь что для Вас, это может оказаться смертельным. Я только не могу понять, как он смог избежать несовместимости ЛИЧ-а и внутренней сети, Вы не поделитесь со мной этой информацией?
–Я безлична. – без эмоционально ответила Эмма.
–Боже… Какой чудесный цветок он готов уничтожить, ради достижения фантазий…
"Эмма, то, что он сказал, если это записать… Есть шанс, что нам получиться сохранить эту информацию, если он не выпустит её в Внешнюю Сеть. Если он выступит против. Это может серьёзно пошатнуть положение Вебера", произнёс взволнованным голосом Тень.
– Я могу Вас попросить, если представится такая возможность, записать всё что вы сказали и направить это в комитет?
Старик взволновано прошёлся к противоположной от окна стене, покусывая ноготь на большом пальце. Собака у кресла грустно заскулила.
– Нет, что Вы… Я… Меня… Совершенно невозможно.
– Если Вы это не сделаете, они продолжат эксперименты, Вы ведь видите, что он нашёл способ… Какой-то шаг и…
– Да… – На лице старика отразилась непоколебимая решительность. – Не время оставаться трусом. Я всё сделаю, как Вы сказали.
– Вы лучший из тех, с кем я столкнулась в WNW. Спасибо Вам. Последняя просьба., вы не могли бы сказать, где находиться ИИ Вебера?
Старик вернулся к креслу-качалке и встал позади неё.
– Подождите немного, дайте вспомнить… 6 сектор, район 17, первый уровень, строение 112A дробь 2, это должно быть там, поскольку ни на одном из объектов WNW я не помню столь сложных сетевых систем, но что Вам даст эта информация?
Эмме не потребовалось искать ответ. Слова сами вырвались из уст.
– Место, где начнётся война.
– Вожак! Эй, Квага, Вожаку…
Мужчина в чёрной военной экипировке, со следами шрама от ожога на правой щеке, сидел в кабине боевого вертолёта, в окружение ещё пятерых бойцов. Он ухватился за голову и тихонько шикнул от боли, возникшей неведомо откуда, чем собственно и вызвал беспокойство здоровяка напротив.
– Не надо, Квагга, отставить. Тур, не пари горячку.
В этот момент, в голове Вожака прозвучал женский голос.
– У меня очень мало времени. Виктор Енев, я знаю о том кто Вы, на кого работаете, и в чём заключается ваша работа, поэтому постарайтесь не задавать лишних вопросов и внимательно слушайте. Чем раньше мы закончим, тем раньше я оборву контакт, и боль прекратится.
– Что? Дронт, запускай консоль, меня взломали.
