Шаги гулко раздаются, в мрачном, каменном тоннеле. Бреду в совершенно разобранном виде. Железная обувь, высекает белые искры из мраморного пола. «Я не боюсь. Я не боюсь. Я, смелый парень. Я волк, вы овцы. Я, вас съем». Пытаюсь детской, глупой психотерапевтической матрицей, подбодрить себя. Хм. Все равно мрачновато и страшновато. Иду под гулкими, сырыми сводами.
Сзади послышался шум. Нервно оглянулся. Ворота захлопнулись, с жутким скрипом. Опять ловушка. Устал. Надоело. Почему всю жизнь, нас преследуют ловушки. О, сразу на ум пришло, как на занятиях по НЛП, нашу группу грузил преподаватель. Да, тот самый, Валера Трезвевский.
— Маструбация, как вы к этому относитесь? — с ехидной улыбкой, хищника, пытливо смотрел нам в глаза, препод — Все это делают и все этого стесняются. Фигня какая. Я, к этому отношусь, как спортсмен к разминке, перед соревнованиями. Забегаешь в душ. Женщина тебя ждет. Красавица, из сказок, тысяча и одна ночь. Грудь, бедра, обворожительная улыбка. Ты, так ее хочешь, что фантазии ускоряют время… А, потом, после тренировки, еще лучше. Все происходит так же, но гораздо сказочней, чем себе это представлял. Есть с чем сравнить. Фантазии с реальностью. Что, группа, скажете вы, этим не занимались ни разу? — глаза сужаются, до змеиных щелочек. Мужчины, начинают нервно хихикать. Особи женского пола, гневно хмурится. Психологическая ловушка, блин.
Бах, действительность, вырывает мозг, из тумана воспоминаний. Холодная волна прошла по спине. Резко повернулся, всем телом. Медленно обвел взглядом мрачные стены. Из серых кирпичей, выдвигаются, страшные морды. Секунда и они исчезли. Показалось. Незаметно крещусь. Разворачиваюсь и неожиданно утыкаюсь, в огромные, медные двери. С чувством безнадежности, пинаю ногой, по массивному металлу. Створки распахиваются, неожиданно мягко. Словно картонные.
Чудное зрелище, завораживает взор. Дивная, дворцовая зала, вся залита ярким светом. В лицо пахнуло запахом розового масла и апельсинов. Блеск золота убивает, напрочь. Роскошь несусветная. Вхожу резко и решительно. Двери за мной, гулко захлопываются, тыкая в спину, упругой волной. Трясу головой, словно оглушенный, артподготовкой пехотинец. На меня, морским прибоем, хлынул шум разномастных голосов. Перекрывая их, нежно звучит торжественная музыка Баха. Клавесин и скрипки, взяли первые волшебные аккорды. В массивных люстрах, янтарно горят, свечи. Арктическим льдом, сверкает аристократический хрусталь.
Постепенно, перед глазами, возникает масса народу. Мужчины и женщины. Старинные камзолы, и пышные платья. Все в париках, улыбаются, беседуют. Гул голосов хлынул на меня неожиданным водопадом. На меня ноль внимания. Двор, короля, Людовика XIV. Красная, шикарная дорожка, бежит к… трону. Большое кресло, увенчанное короной и слева, поменьше с маленькой коронкой. Ступаю на мягкую, красного бархата, ковровую дорожку. Целеустремленно иду вперед. На троне, две фигуры. Подхожу. Наверное, король и королева. Извините, этикетов мы не знаем. Представлюсь, как умею. Монарх, машет мне ручкой — Подходи мол. Где-то, я его видел. Странно, лицо не знакомое, но ощущение, вроде сталкивались уже. Чернявые кудри, до плеч. Корона, сдвинутая на ухо. Глаза смешливыми, колючими льдинками холодят сердце.
— Бона серас, мачо — Поднимаю руку, в знак приветствия. Смотрю, узнал меня. Кивает в ответ — Разрешите представится, Гарик.
— Привет. Встречались уже. Меня зовут, Асус. В реальной жизни, Алекс — улыбка у него добрая. Так улыбаются, матери, после долгой разлуки — Точнее, Алекс Мак Линк — Сейчас у меня внешность, настоящая, как в жизни. А, это моя жена — Полли. Ты, её знаешь, как Арафель — небрежно машет рукой в сторону, кукольной блондинки, сидящей на троне поменьше. Осторожно поднимаюсь по ступенькам. Девушка сидит на троне и смотрит сквозь меня, будто я состою из инертного газа. Ощущение, что она или под наркозом, или спит. Лицо то же, но другое. Женщины неуловимые создания.
Нерешительно молвлю, нащупывая стиль общения. Слова застревают, замороженными кусочками мармелада в горле.
— Арафель, мы же с тобой столько пережили. Помнишь монстров. Кладбище. Ну, ты что? — смотрю в её пустые глаза. Понимаю в секунду. Её держит, Алекс. Чем и как, не пойму пока. Она к нему привязана, как жеребенок к привязи. Девушка с тоской смотрит мне в глаза. Обреченные слова, слетают с губ.
— Это игра. Я, замужняя женщина. А ты солдафон. Отстань от меня — девушка ожила и нервно оглянулась — Алекс, он сам ко мне прицепился — губки хотели показать мне кукиш, но непроизвольно сложились в лучезарную улыбку.