— Еще бы! — презрительно фыркнула девушка, к которой Кулли не на шутку воспылал страстью. — Жених мой безродный, из приказчиков-мушкенов(8). Полной дурой надо быть, чтобы за такого без брачного договора выйти. Договор у меня, почтенный, на пяти табличках, и заверен, как должно. Там каждый моток ниток перечислен, что моим имуществом после развода останется. Я мужа в любой момент могу из дома выгнать, а вот если он со мной разведется, то такой штраф заплатит, что до следующего потопа отрабатывать будет. У меня к тому договору десять свидетелей из хороших родов имеются, да еще и царский писец-тупшарру свою печать приложил. Если муженек мой даже воздух испортит без разрешения, я его воронам скормлю, и в своем праве буду.
— Ах, какая женщина! Да где ты была всю мою жизнь? — восхитился купец, сердце которого растаяло как снег на весеннем солнце. Он видел снег и лед в горах Тавра.
— Видишь! А ты не хотел со мной на ложе лечь, — хмыкнула красота неописуемая. — Даже уговаривать пришлось.
— Так, — деловито произнес Кулли, бросая ей в подол несколько драхм. — Священное серебро Богине уплачено. Ложись! Делаем все по-быстрому и идем к твоему почтенному отцу, обсудим серьезные вопросы.
— Я же сказала, — усмехнулась девушка, неумело устраиваясь на ложе, — отец у меня старенький совсем, у него ноги больные. Серьезные дела со мной обсуждать будешь. Я в лавке дела веду.
А ведь она и не страшная совсем, — думал Кулли, любуясь крючковатым носом, совиными глазами и мышиными хвостиками там, где у нормальной женщины должны быть косы. — Моя-то стерва куда страшнее была. А ругается как! Просто хвалебный гимн Богине, а не ругань. Хороша-а!
Купец взгромоздился на девушку, задрал подол длинного платья и приступил к делу, не обращая внимания на ее ойканье. Да и зачем бы ему это? Славить Иштар — это не служанку трактирную оприходовать. Это дело благочестивое, к нему со всей ответственностью подойти нужно. И тут Кулли, не ожидая от себя ничего подобного, вдруг заявил.
— За меня замуж пойдешь? — он остановился в самый ответственный момент. — Я хорошего рода. Из авилумов Сиппара, не мушкен какой-нибудь.
— Может, имя мое сначала спросишь? — хмыкнула прелестница. — Продолжай, почтенный. Как свое дело закончишь, обсудим. Если у тебя нет ничего, то ты мне даром не нужен. У меня один нищий жених уже имеется, а второй мне ни к чему. Сикль к сиклю собираться должен. А если ты серебра заработать не можешь, то зачем мне свою достопочтенную кровь с твоей дурной мешать. Только уважаемых предков гневить глупостью.
— Какая женщина! — в очередной раз подумал Кулли, занявшись девушкой со всем своим нерастраченным пылом. Тертый, битый жизнью купец, кажется, влюбился как мальчишка, впервые в жизни. И он произнес фразу, которой сам от себя не только не ожидал, но даже и не подозревал, что вообще произнести ее способен.
— Я твоему жениху сам отступное выплачу.
— Так вот она какая, истинная любовь, — услышал он растерянный голос своей ненаглядной. — Благословила-таки богиня, дошли до нее мои молитвы. Ну, раз так, то согласна я замуж пойти. Может, познакомимся для начала…?
1 Элам — страна на юго-западе современного Ирана. Столица Сузы (совр. Шуш). В описываемое время находился на пике могущества.
2 Касситы — кочевое племя, жившее севернее Элама. Завоевали Вавилонию и стали ее воинской элитой.
3 Страна Дильмун — архипелаг Бахрейн. Рай в верованиях шумеров. Особенно богатых и знатных люди хоронили именно там. Также Дильмун — источник жемчуга. Там его и сейчас добывают.
4 Знаменитой Дороги Процессий, выложенной цветными кирпичами и окруженной мозаиками, в это время еще не было. Касситский Вавилон вовсе не был чудом архитектуры. Напротив, он был весьма незатейлив по сравнению с временами перед персидским завоеванием.
5 Наставление отца сыну, записанное на глиняной табличке. Ориентировочно 2200 год до н.э.
6 Вавилонский Подземный мир находился под плоской Землей. Его окружала медная стена с семью воротами и река смерти — Хубур. Там тоже, как и у греков, работал бессмертный перевозчик. Это было мрачное место, где грешники и праведники обитали вместе и питались прахом и глиной. Если родственники не приносили поминальные жертвы, то дух в загробном мире голодал. Цари, жрецы и богачи чувствовали там себя гораздо лучше простонародья.
7 Маган — современный Оман. Основным источником легкодоступной меди был именно он и территория эмирата Абу-Даби. К описываемому времени эти месторождения сильно истощились, как и месторождения олова в горах Тавра (Хеттское царство). Это усугубило кризисные явления, связанные с засухой.
8 Мушкены — неполноправные, но свободные жители Вавилонии. Полноправные мужи, авилумы, стояли выше по социальной лестнице.
Год 2 от основания храма. Месяц третий, называемый Дивойо Потниайо, Великой Матери, приносящей весну, посвященный. Угарит.
