– Без тебя знаю! Учишь меня тут! – зарычал монах, но потом двинулся вдоль параллели, в прозрачной темноте казавшийся черным великаном из области призраков, и, наклоняясь то здесь, то там, рокотал в четверть голоса: – Братцы! Приказано мне передать вам, чтобы отступали потихоньку… Резерва не будет, потому что его и нету… Отступать!.. Только всех своих раненых вынести, ни одной души православной не оставлять… слышишь?
– Ну, уж раз наш батюшка говорит, значит – правда… Пошли отступать, ребята! – передавали дальше и дальше по траншее камчатцы своим и днепровцам.
Солдаты выходили из апрошей неохотно, недоуменно спрашивая друг друга, как же это случилось так неудобно, что нет резерва и потому приходится бросать то, что захвачено немалой кровью. Они были правы, конечно. Достаточно было бы дать в распоряжение Хрулева в эту ночь еще шесть-семь батальонов, и все три параллели французов можно бы было закрепить за собою надолго и этим далеко от Малахова кургана и Корабельной отбросить корпус Боске. Но в такой блестящий успех вылазки не верили ни Остен-Сакен, ни Горчаков; последний главным образом потому, что вылазка эта была задумана и решена не им; она казалась ему подготовленной неосновательно; сам он не так обдумывал военные операции – тяп да ляп: на обдумывание их у него отводились недели…
Солдаты уходили из французских траншей тяжело нагруженные кто чем: кто штуцерами, кто шанцевым инструментом, кто и баклажками с ромом, – но больше всего все-таки своими ранеными.
Их отыскивали в темноте, высекая из кремня, который был в кисете у каждого солдата, скупые, мгновенные искры огнивом, или пользуясь для этого светящимися снарядами, которые иногда пускали французы, чтобы осветить потерянную ими местность.
Стоило только крикнуть кому из солдат: «Там еще, братцы, один наш раненый остался, я знаю!» – и сразу несколько человек отделялись от построившейся уже для отступления роты и бросались в оставленные траншеи разыскивать этого раненого.
Так Витя услышал и крик оттуда, со стороны траншеи, где отыскивали раненых:
– Вот юнкирь никак наш… не то уж убитый! Ребята! У кого кремень-кресало хорошие? Дай сюда свету чуть-чуть!
Витя бросился на тот крик и без хорошего кресала узнал, нагнувшись, раненого.
– Чекеруль-Куш! – вскрикнул он, пораженный.
Это был действительно ординарец Чекеруль-Куш, бесшабашно веселый малый, только что так недавно сыпавший шутками и совсем уж недавно, может быть, с полчаса назад, не больше, посланный Хрулевым искать монаха.
Витя пощупал его сердце: оно еще билось, но слабо, – голова его лежала в луже крови Он был ранен в голову навылет – такая рана не могла не быть смертельной.
Французы стреляли и теперь. Они были близко. И как только в русских рядах горнисты настойчиво затрубили отступление, горнисты зуавов начали трубить атаку.
Батальон матросов, назначенный исключительно для саперных работ, успел уже и повернуть свои ложементы снова в сторону французов и французские траншеи завалить, где как и насколько было это возможно. Цель вылазки была достигнута. Команды охотников Будищева и Бирюлева вернулись уже на свой третий бастион. Наконец, и Хрулев увидел первые роты камчатцев и днепровцев уже в границах люнета. Но штыковой бой еще вспыхивал кое-где там, откуда медленно сходились колонны русских солдат: чуть только начинали наседать на них зуавы, они без команд оборачивались и кидались в штыки и продолжали отступать не раньше, как подобрав своих раненых.
Только к двум часам ночи полковник Голев, обходя роты своих камчатцев, а также и волынцев, попавших в этом деле под его команду, убедился, что роты налицо все; то же было и у днепровцев. Они, правда, весьма поредели, эти роты: одних только офицеров не досчитались больше двадцати человек, – но люди в них были приподнято возбуждены.
И когда Хрулев на своем белом коне вздумал объехать их ряды, поздравляя по полкам с победой над французами, они с сознанием действительного своего превосходства над неприятелем кричали в ответ не «рады стараться», а «пок-корнейше благодарим, ваше превосходительство!».
А раненых несли и несли на носилках и на ружьях десятками, сотнями на перевязочный пункт на Корабельной…
