Они кивнули друг другу, направились к лестнице, миновав неподвижное тело, и быстро поднялись вверх. Добравшись до верхнего этажа, встали по обе стороны от двери, выставили револьверы, поочередно заглянули внутрь и наконец проникли в смежное помещение. Через мгновение Булл появился вновь.
— Все чисто. Там мертвый парень. И еще девочки… — сказал он, обращаясь к Дюпри, и кивнул на трайтера и ловцов креветок. — Им лучше не подниматься наверх. Правда, не стоит.
Жертв было пять: девочки от двенадцати до шестнадцати лет. Вода начала спускаться несколько часов назад, и хотя ее следы все еще можно было различить в виде грязной линии у самого потолка, кругом было сухо. Тем не менее одежда и волосы девочек свидетельствовали о том, что они высохли, словно простыни, сорванные с веревки ветром, которые среди сора и грязи выглядят сухими и твердыми, как картон. Жара стояла невыносимая: когда они вошли в комнату, им показалось, что они в раскаленной печи. Вода, разлившаяся повсюду и стоявшая в нижней части дома, давно ушла отсюда, сменившись сухим, всепоглощающим жаром. Возле входа и в центре помещения потолок был достаточно высоким для того, чтобы взрослый мужчина, подобный Буллу или Шарбу, мог выпрямиться в полный рост; но дальше комната повторяла форму крыши, заставляя вошедших пригнуться и даже встать на корточки. В комнате имелось около десятка тюфяков, набитых испанским мхом, вылезающим из лопнувших швов, внушительных размеров стол без одной ножки, которую кто-то заботливо прислонил сбоку, и горящая масляная лампа, висевшая на гвозде у двери. Окон или каких-либо других источников света не было. Они осветили тела своими фонарями.
Джейсон Булл подошел к одной из стен и застыл возле нее.
— Вы в порядке? — воскликнула Амайя, проходя мимо.
Булл опустил взгляд.
— Какой тут может быть порядок? Пять девочек, и все мертвые.
Дюпри посмотрел на него:
— Шесть, если учесть ту, что осталась на лестнице; ее куда-то тащили. Скорее всего, они решили избавиться от тел, — сказал он, указывая на убитого мужчину, лежавшего у двери. Тот сполз по стене и осел на пол, и по его состоянию было заметно, что смерть наступила несколько часов назад. — Они из-за чего-то поспорили — вероятно, из-за смерти девочек; думаю, его убил тот тип, который сейчас лежит снаружи.
Шарбу разглядывал тела одно за другим.
— Можно ли как-то узнать, есть ли среди них сестры Джейкоба? У них есть какие-то опознавательные знаки?
Джонсон издал неопределенный звук.
— Это в любом случае чьи-то сестры и дочери. Какая теперь разница? Они мертвы уже больше сорока восьми часов. Точно я не уверен. Скорее всего, захлебнулись. Им не оставили ни еды, ни питья, — сказал он, оглядываясь. — Температура после урагана была очень высока, что ускорило разложение, и теперь сложно установить точную дату смерти.
— Они погибли в ту ночь, когда бушевала «Катрина», — сказал Дюпри. Склонившись над телом одной из девочек, он посмотрел на Джонсона. — Отойдите-ка в сторону.
Тот отступил назад, а Дюпри перевернул тело лицом вверх. Девочке было лет тринадцать. У нее была смуглая кожа и черные вьющиеся волосы до плеч. Розовая футболка в красную полоску, чуть приподнятая грудями, только начинавшими округляться. В глазах не было ни тени жизни; их заволокла белесая пленка. С величайшей осторожностью Дюпри положил одну руку на другую, установил их на диафрагме и надавил так, словно собирался сделать девочке массаж сердца. Ее рот приоткрылся со звуком, похожим на вздох, и между губ появилась бело-розовая пена.
Булл и Шарбу прикрыли нос, пытаясь укрыться от зловония.
— Они захлебнулись, — констатировал Дюпри.
Шарбу положил руку на плечо Джонсона. Его голос звучал сурово по сравнению с мягкостью жеста.
— Я не имел в виду, что эти жертвы не имеют значения, но мы не можем узнать, с каких пор они здесь находятся; а про сестер Джейкоба известно, что их забрали из Нолы в ночь «Катрины». Мы ведь попали сюда, двигаясь по их следу, и я хотел бы иметь хоть какую-то надежду на то, что они все еще живы.
Джонсон посмотрел на него, сокрушенно кивнув.
— Вы правы. Джейкоб упоминал, что Аню наказали за то, что она без разрешения родителей красила волосы дома у подруги. Сделала себе несколько светлых локонов. У всех этих девочек, включая ту, что лежит на лестнице, волосы черные.
— Спасибо, — ответил Шарбу.
— Мы не знаем, сколько еще девочек вынес отсюда свистун, — сказал Джонсон.
Амайя прошла вглубь комнаты и присела на корточки, чтобы уместиться в углу, где потолок спускался к самому полу. Оттуда она осмотрела всю сцену. Тюфяки, пропитанные водой, едва сдвинулись со своего изначального места у стены, но головы девочек были направлены куда придется; они не лежали рядом друг с другом, как следовало бы ожидать, если девочкам было страшно, а последнее было более чем вероятно. Амайя вернулась в центр комнаты и подняла руку, чтобы коснуться отметки, которую вода оставила на стене.
