— Госпожа Зорина креатура Сибирских царевичей, — произнес Безбородко. — Госпожа Жарова, ты прав, была ставленником Мекленбургских. Ее сняли и поставили Зорину. Без конфликта, и получается, что Сибирские не на свою территорию заходят по договоренности. Насколько я понимаю, в гимназии в числе прочего планируется новая методика обучения школы Холода…
— Школы Льда? — невольно поправил я графа, который владеющим даром не был. Или был, но хорошо это скрывал.
— Нет, именно в школе Холода, — чуть раздраженно произнес Безбородко. — Я же сказал, новая методика. И если результаты будут неудовлетворительными, Зорину снимут, и Мекленбурги вновь посадят свою управляемую фигуру, без ущерба репутации. То есть Сибирские в некотором роде даже оказывают услугу, обкатывая рискованный процесс вместо Мекленбургов, чтобы те, как понимаю, не выглядели неудачливыми экспериментаторами в случае неудачи.
— Услугу ответную? — машинально поинтересовался я, потому что как дела Мекленбургских, так и Сибирских — к которым принадлежала Эльвира, мне сейчас были весьма интересны.
— Вот этого не знаю, — покачал головой граф. — Но даже если эта новая методика провалится громко, не думаю, что они себя как-то обидят. Может часть учеников себе после выпуска заберут, или еще как-то. В минусе точно не останутся.
— Ясно, спасибо.
— Тебе, как понимаю, уже пора отправляться в гимназию? — тактично напомнил мне граф об обещании пожить за забором учебного учреждения.
— В общем-то да. Только просьба одна еще есть.
— Говори.
— Сейчас из Латинской Америки, предположительно из Лимы, в Архангельск летит колумнистка московского журнала Сатирикон, АйДи… — напрягшись, я продиктовал по памяти номер личной идентификационной карты. — Можете как-то меня к ней подсадить, желательно в каюту люкс, чтобы можно было наедине пообщаться?
Граф только покачал головой, удивившись моим разносторонним интересам. Но организовал все легко. Вернее он отдал приказание и наверное сразу же об этом забыл, а вот его люди уже обо всем позаботились.
Лада летела через Минск, и при пересадке у нее неожиданно возникли проблемы с документами. Девушку задержали до выяснения, потом извинились и так как ее рейс уже улетел, предложили билет на другой. Когда ее привезли к подруливавшему бизнес-джету девушка, одиноко выглядящая на пустом бетоне взлетной полосы в своем деловом костюме и с небольшим чемоданом, немного занервничала.
Наблюдая за колумнисткой в иллюминатор, я почувствовал ее нарастающее напряженное волнение. Но когда Лада поднялась по трапу в салон и увидела меня, скованность волнения пропала, а движения девушки как-то вдруг приобрели кошачью грацию.
Лучезарно мне улыбнувшись, окинув оценивающим взглядом предупредительную стюардессу и отделку салона уже выруливавшего на взлет самолета, Лада подошла ближе. Нимало не смущаясь, она показала стюардессе принести ей попить. И лишь пожала плечами, когда я сразу после этого попросил стюардессу нас не беспокоить.
Кондиционер в салоне работал, но я еще после вылета из Киева попросил альпийскую свежесть не устраивать, так что было просто комфортно тепло. Что Лада и заметила, демонстративно глубоко вдохнув, скинув пальто и расстегнув верхнюю пуговицу на блузке. Присев напротив меня, она еще раз лучезарно улыбнулась.
— Артур Сергеевич. Какая неожиданная встреча, — поздоровавшись, девушка вдруг словно бы смутилась, положив руки на коленки скрещенных ног. После чего она вдруг предельно натурально удивилась — в духе американок с плакатов в стиле пин-ап вскинув брови, заметив видимую только ей зацепку на чулках. О том, чтобы я увидел, что она именно в чулках, девушка также позаботилась. А когда Лада наклонилась вперед, пытаясь понять насколько все серьезно с чулками, мне открылся замечательный вид в декольте расстегнутой блузки.
— Лада, вы всегда пользуетесь подобными приемами, или это только на меня рассчитано? — поинтересовался я вместо приветствия.
Моментально выпрямившись, девушка хлопнула пару раз ресницами. Надо сказать ее приемы, пусть и старые как мир, прекрасно работали. Я невольно выпрямился в кресле, расправил плечи и постепенно замечал за собой, как взгляд то и дело невольно срывается на тонкую полоску загорелой кожи между краем юбки и ажурным кантом чулка. Вот казалось бы — что я там не видел. А волнительно до приятного томления и мурашек по позвоночнику.
Лада между тем преувеличенно разочарованно вздохнула.
— Врожденный женский шарм. Я же не могу наступить на горло собственной песне? — открыто и прямо глядя мне в глаза, обворожительно улыбнулась девушка.
В другой ситуации я бы, наверное, сейчас просто предложил ей переспать. Действуй неординарно, как говорится, удивляй собеседника. Было бы интересно узнать, согласилась бы или нет. Но пока летел на выделенном Безбородко бизнес джете, много думал и раскладывал на составляющие события перед штурмом в поместье.
