На последней фразе, на меня поражённо уставились все, кроме Кая. Он по привычке растрепал мне волосы и, подхватив сковороду, пошёл разжигать печь. Поняв, что помогать мне кухарки явно не собираются, сняла с крючка на стене свежее полотенце, повязала его вместо передника, заплела косу и направилась к раковине в углу, на ходу давая указания:
— Птица, соль, зелень, чеснок, помидоры, сало и вино. Быстро всё на стол и свободны.
На присутствующих за краем стола высших мы внимания не обращали. Размяв в ступке соль с травами я, тихонько напевая, натёрла ею поданных рябчиков. Чеснок, нарезанный тонкими лепестками, соединила с ломтиками помидоров без кожицы и этой смесью смешанной с отварным рисом, предложенным нам на ужин, начинила птиц. Сало настрогала тонкими лентами и обернула птиц, перед тем как обвязать их нитью выдернутой из обмахрившегося края полотенца.
Кай, меж тем, обжарил нашинкованный лук с морковью и протянул мне хрустящий оранжевый кружок, который я, улыбнувшись, взяла из пальцев зубами. Найденная мною баночка с жидким мёдом никак не хотела поддаваться. Вдруг её взял появившийся рядом Сат и, смущаясь, открыл. Я искренне ему улыбнулась и, зачерпнув ложкой тягучую жидкость, принялась смазывать ею дичь. Кай закинул птиц на раскалённую сковороду, масло зашипело и, взвизгнув, я спряталась за его спиной. Развернувшись, он шутливо щёлкнул меня по носу.
— Страшно? Не бойся, я тебя спасу!
— Рябчики такие опасные, — хохотнула я, упираясь лбом ему в лопатку, — Без тебя выжить не удастся.
Развернувшись, принялась оттирать стол, сгрузив в раковину грязную посуду. Притихшие высшие принюхивались к умопомрачительным ароматам, когда я нашла глубокую миску и, разбив в неё пару яиц, добавила масло, щепотку соли, немного сахара и сок небольшого лайма. Взбивая массу вилкой, подошла к советнику.
— Поможешь?
— У нас не принято… — высокомерно начал он.
Хмыкнув, я всучила ему в руки миску и, наклонившись, шепнула на ухо:
— А в моей семье принято, что кто не работает, тот не ест, — он насупился и я добавила, — Мне будет приятно, если ты поможешь.
Он, показывая недовольство, всё же приступил к работе, и я взялась рубить свежие овощи для салата. Сатор сконфуженно тронул меня за локоть и едва слышно спросил:
— Может я могу что-то…ну не знаю…
— В моём доме было принято, чтобы хлеб резал мужчина. Я это совершенно не умею делать, — я протянула ему нож.
— Ты хитрая, — усмехнулся Рек, — Всех задействовала.
— Так будет вкуснее, — я обмакнула палец в получающийся соус и лизнула.
Рекар перехватил моё запястье, одновременно ощупывая браслет под платком и, не сводя с меня глаз, провёл языком по коже. Отдёрнув руку, я поняла, что покраснела и поторопилась отвернуться.
— Очень интересно, — протянул он за спиной, — Вкусно.
— Это соус, — зачем-то пояснила я.
— Я имею в виду твою кожу, — хрипло сообщил он.
Предпочтя не замечать очевидного флирта, я заглянула за плечо Кая, обнимая за талию.
— Скоро?
— Хочешь уже поцеловать повара? Потерпи чуть-чуть, моя милая.
Я сняла с полки два больших блюда и горкой выложила на края салат. Советник протянул мне уже готовый майонез. Не глядя на него, я полила им овощи.
— А поцеловать повара? Я так старался, — протянул он, придвигаясь вплотную и ставя руки на стол по обе стороны от меня.
— Может в другой раз, — пробормотала я, беспомощно оглянувшись, и Рек убрал руку.
Но когда я отходила, быстро наклонился и сочно поцеловал меня, успев прикусить за губу. Фыркнув, я отпрыгнула, и он проводил меня насмешливым взглядом. Кай нахмурился и вопросительно качнул головой в сторону выхода. Передёрнув плечами, я встала рядом с ним и доверительно уткнулась носом в плечо. Он чмокнул меня в макушку и толкнул бедром к столу.
Я достала с полки кружки и разлила по ним кисловатое вино. Мужчины расселись по трём сторонам прямоугольного стола, оставив место рядом с собой. Понимая, что любой мой выбор даст остальным повод зубоскалить, я подхватила небольшую доску и, водрузив на неё птицу и кружку, уселась на разделочный стол у плиты, подстелив полотенце.
— Всем приятного аппетита.
Через несколько минут напряженного пережёвывания, раздалось довольное мычание.
— Божественно… завидую твоим спутникам… — я напряглась, что не осталось незамеченным советником, — в дороге… Рина, тебя твой…друг научил готовить?
— Вообще-то, она меня научила, — вставил Кай, — Я до неё ел, что придётся.
— Охотно верю, — желчно прокомментировал Рек, — Где ты научилась этому?
— У мамы, естественно. Когда мы мотались по экспедициям, это было моей обязанностью.
— А куда экспедиции были?
— Ну, так… — я внезапно поняла, что совершенно забылась и в полутьме комнаты в чужом доме, в незнакомом мире говорю о своей жизни незнакомым людям.
Закусив губу, я спрыгнула со стола и поправила передник. За мной напряжённо наблюдали высшие.
— Это вообще-то… не важно, — скомканно пробормотала я.
— Очень интересно. То есть твоя мама тоже умеет готовить? А из какого ты мира?
