Первая авторизованная биография рок-группы «Северный флот», которая раскроет читателям всё: чем живет группа, где ищет и находит свое вдохновение, как рождаются главные хиты, в какой атмосфере ведется рабочий процесс и что происходит в личной жизни участников. В прямой речи музыкантов, записанной за ними близким другом группы журналистом Денисом Ступниковым, только настоящие чувства и эмоции, переживания, признания и откровения о себе, коллегах, российской рок-сцене, а также о том, как группа пережила одну из главных трагедий на своем творческом и жизненном пути.
Михаил Горшенёв и Александр Леонтьев
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019
Все началось с «Короля и Шута» и «Кукрыниксов». Творчеством первых я проникся, посмотрев в 1998-м на РТР телеверсию их концерта в программе «Живая коллекция». В тот раз они играли с Александром «Ренегатом» Леонтьевым, поэтому я всегда считал его полноправным членом коллектива. Дебютный диск «Кукрыниксов» я услышал в мае 2000-го после незабываемой поездки в Череповец на научную конференцию в честь 40-летия Александра Башлачева.
Счастливейшее время! Я заканчивал первый курс аспирантуры МПГУ, писал диссертацию о Гарике Сукачеве и Александре Ф. Скляре, постоянно был на связи с первопроходцами роковедения из Тверского госуниверситета, регулярно печатался в издаваемых ими выпусках научного сборника «Русская рок-поэзия: текст и контекст». В Череповец я прибыл именно с тверским «десантом». В конференции деятельное участие принимала мама Башлачева Нелли Николаевна. Она устроила нам экскурсию по только что открывшемуся музею, посвященному сыну.
Небольшое помещение было надвое разделено вдоль громадным деревянным гитарным грифом, одновременно выполняющим роль помоста на метафорическую сцену. В музее только что сделали ремонт, и краска на грифе еще не высохла. Нелли Николаевна велела всем нам пройти по этому сооружению, чтобы в прямом смысле слова «исСЛЕДовать» башлачевскую суть. Мой новый ботинок Rebel на рифленой подошве (в точности такие же носил тогда Михаил Горшенев) оставил на черной лаковой поверхности отчетливый отпечаток. Спустя два с половиной года я вновь наведался в Череповец и увидел этот след.
Быстро разделавшись со своими докладами, мы направились отмечать наш успех ко мне в номер. К выбору закуски почему-то подошли с особой тщательностью, однако я умудрился переплюнуть всех остальных. Увидев на витрине кондитерского отдела коробку конфет «Синий бархат», я слезно начал уговаривать своих спутников приобрести ее, так как за пару месяцев до этого мне сорвал башню одноименный фильм Дэвида Линча. Всем пришлось смириться с моей блажью. Впрочем, мысли мои на тот момент занимал вовсе не десерт, качество которого явно уступало его названию, и даже не создатель «Твин Пикса», а одна из наших прекрасных докладчиц…
На следующий день в лавке Череповецкого художественного музея, организовывшего конференцию, я приобрел дебютный диск «Кукрыниксов». А в привокзальном ларьке купил компакт-диск четвертого альбома «Короля и Шута» – «Герои и Злодеи». Песни Саши Ренегата «Солдатская печаль», «На окраине земли» и «Невезучий» идеально озвучивали мое тогдашнее состояние. Целыми днями я гулял по залитой солнцем Москве, тайком вздыхал о недоступной тверской красавице, которая вот-вот должна была уехать в Америку навсегда, и слушал истории о таких же, как я, неприкаянных странниках, чье счастье утекает сквозь пальцы, но они не переживают по этому поводу.
С тех пор каждый май я вновь заряжал в плеер диск «Кукрыниксов» и неизменно воскрешал те незабываемые эмоции. Скептик Децл назвал бы это «оргазмом нейронных связей» – ну и пускай! Ренегата старался из вида не терять и очень радовался, когда он в 2011-м вернулся в «Король и Шут».
Кто же знал, что еще два года спустя случится то, что случилось… Прочтя вечером 19 июля 2013 года о смерти Михаила Горшенева, я рыдал в голос, как ни по кому больше. Днем позже, когда должен был состояться концерт «Короля и Шута» в Зеленом театре, я, не зная, куда себя деть, отправился на мое любимое Новодевичье кладбище. У могил Вертинского, Хлебникова, Булгакова и Андрея Белого я интуитивно искал забвения и успокоения. Не помогало ничего. К превратившемуся в место вселенской скорби Зеленому театру подъехать так и не решился…
Вечером 21 июля – на излете своего самого страшного в жизни дня рождения – я уже мчался на Ленинградский вокзал. Дальнейшее слишком хорошо знакомо всем посвященным по песне «Северного Флота» «Стрелы». Огромная толпа у стадиона «Юбилейный». Непрерывный беспощадный дождь, на который мало кто обращал внимание. Притихшие панки, которые жадно расхватывали экземпляры кем-то принесенной кипы бесплатных газет Metro с Михой на обложке, будто в этих промокших номерах могут содержаться ответ, совет и спасение. Князь-Владимирский собор через дорогу, в котором совсем недавно отпевали другого русского гения – Алексея Балабанова. Бессмысленный путь неизвестно куда, потому что «ноги не знают, куда идти, руки не знают, кого спасти». Концерт неведомых авангардных металлистов в клубе на Большой Морской, где я, вконец обессиленный, проспал от начала и до конца выступления, не услышав ни одного аккорда.
