– Я нашла столик – совсем как тот, Санин. Мне нужен помощник, чтобы его забрать из магазина, привезти домой и поднять в квартиру.
Он мог предложить мне воспользоваться доставкой, но не стал.
– Хорошо, – взглянув на часы, кивнул Усов. – Куда ехать?
Мы затащили столик в квартиру, и Миша стал его собирать. Я заказала плов в узбекском ресторане, накрыла на табуретке и села на пол рядом с ним.
– Хорошо, что догадались купить подставки. Если не будешь забывать ими пользоваться, столик будет в порядке.
– Это все ты. – Я прижалась теснее к его плечу.
Еще час мы хохотали, собирая злосчастный столик, а затем придумывали, что будем делать со старым.
Машенька заявилась как раз в тот момент, когда Миша катал меня на старом столике по квартире. Я даже не стала стирать счастливое выражение со своего лица.
Она ступила в прихожую и привычно брезгливо оглядела обстановку.
– У тебя
И почему «милая» звучало в ее устах так, словно оскорбление?
– Знаю. – Улыбнулась я, поправляя волосы.
У Маши на веках были идеальные стрелочки – на несколько тонов темнее помады (у меня бы никогда не получилось нарисовать так красиво). Они дернулись, едва она заметила на полу среди инструментов остатки ужина.
Так ей!
Мне казалось, что если я загоняю его по парку до смерти, то у Миши не останется сил на секс с ней. Видимо, из-за этого у меня самой силы брались будто из ниоткуда. Меня грела мысль о том, что наши утренние пробежки стали почти традицией. Даже ненависть к спорту слегка притупилась.
– Это ради дела, братан, ты уж прости. – Сказала я коту, намазывая его лапы растительным маслом. – Если ты мне не поможешь, то не знаю, кто поможет. Терпи.
– Мря!
– Двойная порция корма. Идет?
– Мр-р-ь.
– По рукам! То есть, лапам.
Потащила его в ванную.
– Алло, Миш! У нас ЧП! Можешь прийти помочь?
– Сейчас буду.
Через полминуты он уже был у меня.
– Жорик-злодей, – объяснила я, потрясая в воздухе котом, – разлил масло, пока я готовила ужин! Нужно его помыть, но я не представляю, как!
– Сейчас включу воду. – Кивнул Усов, загибая рукава.
Шалость удалась.
Бедный Жорик (прости, дружище) стойко терпел все банные процедуры и стоял смирно, пока мы намыливали, мяли и промывали шерсть на его лапах и пузе. Зато, как только стали доставать его из воды, кот поспешил отомстить. Зашипел, стал извиваться и полоснул меня по руке.
Радуясь в глубине души такому исходу дела, я передала Мише полотенце, подождала, пока он промокнет им кота, а затем предъявила свою рану.
– Где аптечка? – Разволновался он.
– На кухне.
Я сидела прямо на столе, пока Усов обрабатывал мне руку. Ловила взглядом каждое движение и с замиранием сердца ждала, когда же представится подходящий момент для поцелуя.
– Больно? – Спросил Миша, подув на ранку.
– Угу. – Пискнула я.
– Вот так. – Он обработал, наложил повязку и завязал узелок.
Наши глаза встретились.
Я сглотнула.
Миша глубоко вдохнул и выдохнул.
Я чувствовала жар его тела своими бедрами. Если бы он прижался ближе, у меня получилось бы обвить ногами его талию. Совсем как тогда – в подсобке. Уверена, он тоже помнил все до мельчайших деталей.
Миша наклонился ниже. Потянулся ко мне. Я подалась навстречу.
И тут позвонили в дверь.
– Прости. – Тряхнул головой он.
– Это ты прости. – Прошептала я, слезая со стола.
Пошла открывать. За дверью стоял Илья.
– Вот, решил посмотреть, как ты тут обосновалась! Соскучился! – Заявил он с порога.
Пришлось познакомить их с Усовым. Пожав ему руку, Миша извинился и поспешил домой:
– Оставлю вас наедине.
– Так тебе. – Насмешливо взглянул на меня похожий на мокрую крысу Жорик.
Офис был слегка взволнован. Маркетологи сдали отчеты, что-то праздновал отдел продаж, да тут еще Владик притащил огромный торт и вино в честь своего дня рождения.
Все собрались в конференц-зале после окончания рабочего дня, чтобы чествовать его, но именинника нигде почему-то не было видно. Пока девочки нарезали фрукты, а мальчики подключали динамики для небольшой вечеринки, я отправилась искать виновника торжества.
– Кать, а говорят, ты раньше встречалась с Сапожниковым? – Преградила мне путь Тори.
– Недолго. – Ответила я.
– А почему расстались? – Она неловко закусила губу. – Просто я подумала, раз у вас все, вдруг дашь мне его контакты?
– Поверь, тебе это не нужно. Он – жуткий бабник! – Сказала я и поспешила дальше по коридору. – Поверь, я уберегла тебя от ненужных волнений!
Обошла офис, затем все смежные отделы, даже остановилась у подсобки, чтобы прислушаться, но внутри было тихо. Оставался только мужской туалет. Но не успела я туда отправиться, как услышала из-за двери кабинета Барракуды голоса.
– Прекрати. Давай не здесь и не сейчас. – Шептал взволнованный женский.
– Но сегодня мой день рождения. Я хочу быть не там, с ними, а здесь – с тобой.
– Я ухожу домой. Все. Убери руки, нам нельзя делать это прямо здесь.
– Аллочка.
– А как же твоя жена? Ты сказал, что решишь вопрос.
– Я же тебе говорил: мы разные люди, этот брак был ошибкой. Я все скажу ей прямо сегодня. Обещаю.
