Через несколько дней на моем столе оказались копии шифрдокументов «Гренады» и целый ряд секретных отчетов сотрудников этого объекта об их работе в Польше, с оценками внутриполитического положения и даже доклад-письмо самого главы «Гренады» в свое посольство в Варшаве и в МИД страны.
Из этого многозначительного факта я сделал заключение о том, что они очень довольны результатами совместной операции.
Прежде чем перейти к другой операции, расскажу о чрезвычайном происшествии, возникшем у польских коллег, когда они самостоятельно проводили повторные операции ТФП в «Гренаду».
А произошло следующее.
Польские коллеги примерно через месяц после нашего совместного входа в «Гренаду» провели первую самостоятельную операцию вполне успешно и запланировали теперь уже регулярное проведение их раз в квартал.
Следующее проникновение было приурочено к весенним школьным каникулам, когда глава объекта, имевший двух детей-школьников, выезжал в отпуск на родину.
Операция развивалась нормально, и ничто не предвещало никаких неприятностей, как вдруг, в то время как польские специалисты уже достигли бюро шифров и открывали сейфы, собираясь начать обработку их содержимого, один из членов бригады обратил внимание на какие-то странные звуки. Все мгновенно прислушались и быстро установили, что звуки исходили из деревянного шкафа. Еще раньше при входе в бюро шифров поляки обратили внимание на то, что мебель была другая. Естественно, они ее внимательно проверили, но ничего необычного в ней не обнаружили.
Теперь же, тщательно исследовав то место, откуда слышался странный звук, они обнаружили аккуратно заделанную в верхней части шкафа миниатюрную кинокамеру, в которой крутилась пленка, издававшая шуршащие звуки.
Немедленно операция была приостановлена, и вся бригада стала проверять остальную мебель в бюро и вскоре обнаружила вторую кинокамеру. Обе камеры имели автоматический запуск и располагались так, что охватывали все помещение. Возник вопрос: что делать?
Коль скоро сейфы были уже открыты, их содержание было в быстром темпе обработано. Затем обе пленки в камерах были засвечены и возвращены в кинокамеры, а последние помещены на свои места так, что не было оставлено никаких следов их изъятия.
После этого бригада поспешно покинула «Гренаду». Было ясно, что операция ТФП в этот объект была провалена. Оставался вопрос, что послужило основанием для установления контроля за помещением бюро шифров.
Когда об этом чрезвычайном происшествии стало известно нашим специалистам в Центре, они пришли к однозначному выводу, что поляки допустили какой-то промах при самостоятельном посещении «Гренады». Поэтому твердо рекомендовали не проводить больше операций ТФП в этот объект, приняв меры к наблюдению за возможными признаками проявления тревоги в «Гренаде».
С этой рекомендацией наши польские коллеги согласились без колебаний, понимая всю серьезность сложившейся ситуации. Однако их самостоятельный анализ, а затем и тщательное рассмотрение всех обстоятельств проведения двух первых операций (совместной с нашими специалистами и самостоятельно), вместе с нашей бригадой, прибывшей в Польшу для участия в операции по другому объекту, не смогли выявить каких-либо причин, которые могли бы послужить основанием для принятия обнаруженных в «Гренаде» мер контроля за шифрбюро.
В дальнейшем польские коллеги якобы установили, что причиной были сугубо внутренние меры безопасности, направленные на предупреждение несанкционированного доступа в шифрбюро кого-то из сотрудников «Гренады». Насколько было известно полякам, никаких явных последствий засвечивания кинопленок не проявилось ни в поведении сотрудников «Гренады», ни во внешних мерах обеспечения охраны объекта, которые оставались прежними.
Однако это объяснение не давало основания для того, чтобы считать снятым возможность появления у хозяев «Гренады» подозрений о внешнем вмешательстве, тем более что это чрезвычайное событие совпало с началом наших операций ТФП. А в разведке не рекомендуется верить в такие совпадения, они, как правило, не бывают случайными.
Таким образом, «Гренада», как возможный объект новых операций ТФП, была исключена из нашего списка.
Не знаю, как отразилось бы событие в «Гренаде» на готовности нашего Центра продолжить с поляками совместные операции ТФП, если бы оно произошло до того, как мы уже предприняли и успешно завершили новую совместную операцию по еще более сложному объекту, являвшемуся внешнеполитическим учреждением одного из ведущих государствчленов НАТО. Этой операции я присвоил кодовое название «Амбар», в связи с одним обстоятельством, которое станет ясным в дальнейшем.
Объект «Амбар» на этот раз размещался не в отдельно стоящем особняке, а являлся трехэтажным домом, находившимся в ряду плотно прилегающих друг к другу своими боковыми стенами зданий постройки XVIII–XIX веков.
Четыре окна фасада здания «Амбара» выходили на городскую площадь, где располагалась открытая стоянка для автомашин.
